Шизоидная психопатия это


Шизоидная психопатия - причины, симптомы, диагностика и лечение

Шизоидная психопатия (шизоидное расстройство личности) – это расстройство, характеризующееся замкнутостью, необщительностью, эмоциональной холодностью, слабой способностью к сочувствию и установлению теплых доверительных отношений, низкой потребностью в социальных контактах, погруженностью во внутренний мир и склонностью к аутистическому фантазированию. Возможны стойкие необычные увлечения, которыми пациент редко делится с другими людьми. Шизоидная психопатия проявляется в раннем возрасте и сохраняется на протяжении всей жизни. Диагноз устанавливается на основании анамнеза жизни и беседы с больным. Лечение – психотерапия, социальная реабилитация.

Общие сведения

Шизоидная психопатия – расстройство личности, основными особенностями которого являются замкнутость, слабая способность к эмпатии, низкая потребность в контактах с другими людьми, склонность к фантазированию и погруженность в свой внутренний мир.

Окружающие обычно считают пациентов с шизоидной психопатией «странными», «чудаковатыми» или «отшельниками». Такие люди не имеют друзей или имеют 1-2 неблизких друга. Они мало интересуются реальностью, обычно плохо приспособлены к решению житейских вопросов, но проявляют живой интерес к сложным, отвлеченным, абстрактным темам. Вместе с тем, при правильном выборе специальности больные способны достигнуть значительных успехов в профессиональной деятельности. Лечение шизоидной психопатии осуществляют специалисты в области психиатрии, психотерапии и клинической психологии.

Шизоидная психопатия

Причины

Существует несколько теорий развития шизоидного расстройства личности.

  1. Специалисты в области психодинамической терапии полагают, что шизоидная психопатия возникает в результате недостатка контактов со значимыми взрослыми в раннем возрасте. Дети не получают достаточно сигналов любви и привязанности, это, в сочетании с определенными особенностями личности, становится причиной неспособности проявлять теплые чувства по отношению к другим людям и принимать любовь по отношению к себе.
  2. Селф-психологи считают, что шизоидная психопатия является следствием нарушения «Я». Больные плохо понимают, что они из себя представляют, и, как следствие, не могут определить параметры собственного комфорта и наладить отношения с окружающими.
  3. Последователи когнитивного направления утверждают, что шизоидная психопатия развивается в результате определенного своеобразия мышления: нечеткости мыслей, затруднений при оценке окружающей обстановки и эмоционального состояния других людей. Неспособность больных шизоидной психопатией распознать чужие чувства оборачивается эмоциональной холодностью и проблемами при создании теплых доверительных отношений. Сторонники этого направления также указывают на то, что в раннем возрасте у детей с шизоидной психопатией выявляется отставание развития моторных и речевых навыков вне зависимости от уровня интеллекта.
  4. Наряду с перечисленными теориями, существуют концепции генетической предрасположенности и конституциональной недостаточности центральной нервной системы.

Симптомы шизоидной психопатии

Первые признаки шизоидного расстройства личности становятся заметными уже в возрасте 3-4 лет. Дети с шизоидной психопатией предпочитают тихие одинокие игры. Они равнодушны к совместным активным играм, стараются находиться ближе к взрослым, но при этом держатся достаточно отстраненно, слушают разговоры взрослых между собой, не вступая в эмоциональный контакт. Маленькие пациенты редко делятся с кем-то своими переживаниями, проявляют несвойственную возрасту холодность и сдержанность в чувствах.

У больных шизоидной психопатией рано обнаруживается склонность к абстрактному мышлению. Как правило, они хорошо учатся, но демонстрируют беспомощность в обычных житейских вопросах. С возрастом замкнутость и дистанция в общении с другими людьми становится все более заметной. В подростковом возрасте больные шизоидной психопатией по возможности уклоняются как от любых коллективных школьных мероприятий, так и от неформального общения с ровесниками. Они проводят время в одиночестве, погрузившись в фантазии и размышления. Мало интересуются сексом в реальной жизни, при этом нередко активно фантазируют об интимной близости.

Для взрослых пациентов с шизоидной психопатией характерны парадоксальность внешнего облика и поведения. Движения угловатые, не пластичные, мимика и интонации бедные, однообразные. Эмоциональная жизнь лишена полутонов и тонких оттенков, в чувствах выделяются только градации «восхищение», «равнодушие» и «ненависть».

Больные шизоидной психопатией уделяют значительную часть своего времени увлечениям, подчас – весьма необычным. Они могут интересоваться определенной эпохой, философским направлением, научными исследованиями в какой-то области. Часто встречается коллекционирование. Некоторые пациенты, страдающие шизоидной психопатией, отдают предпочтение «телесным» хобби (йоге, занятиями индивидуальными видами спорта), которые помогают сгладить присущую шизоидам неуклюжесть, сделать движения более пластичными и гармоничными.

Увлечения больных шизоидной психопатией могут быть как полезными для общества, так и малозначительными, но в том и в другом случае их отличает высокая устойчивость и избирательность. Глубокие познания в определенной теоретической области сочетаются с равнодушием к общению, практическим житейским вопросам и потребностям близких людей. Пациенты с шизоидной психопатией предпочитают работать в одиночестве. При необходимости они могут устанавливать неблизкие деловые контакты, однако стараются минимизировать общение в процессе работы и отдыха. Больные часто не имеют семьи.

Отличительной чертой шизоидной психопатии является колебание между двумя полюсами – эмоциональной холодностью и чрезмерной чувствительностью. При преобладании чрезмерной чувствительности говорят о сенситивной шизоидной психопатии, при преобладании эмоциональной холодности – об экспансивной. Эта градация достаточно условна, поскольку наряду с пациентами, проявляющими ярко выраженные черты того или другого подтипа, можно наблюдать множество переходных вариантов.

Сенситивная шизоидная психопатия

Больные сенситивной шизоидной психопатией – мимозоподобные, ранимые, очень чувствительные, болезненно самолюбивые. Долго и тяжело переживают любые обиды, при малейших неприятностях стараются «спрятаться» от реальности, погружаясь в фантазии. Имеют несколько постоянных привязанностей, к остальным людям относятся весьма настороженно. Пациенты с этой формой шизоидной психопатии обычно очень добросовестны. Предпочитают жить в своем постоянном, ограниченном, спокойном мире, изолированном от внешних страстей и бурных перемен. Тяжело страдают при этических конфликтах, уходят в себя, теряют сон и аппетит.

Экспансивная шизоидная психопатия

Больные экспансивной шизоидной психопатией – решительные, волевые, бесстрашные, непоколебимые, малоспособные к сопереживанию, не считающиеся с мнением и интересами окружающих. Иногда отличаются высокомерием и даже жестокостью по отношению к другим людям, могут быть желчными, капризными. Внешняя жесткость сочетается с внутренней ранимостью и уязвимостью. Пациенты с этой формой шизоидной психопатии склонны к бурным реакциям в ситуациях конфликта. При возникновении проблем становятся раздражительными и суетливыми, при дальнейшем усугублении психотравмирующей ситуации либо погружаются в фантазирование, либо проявляют параноидальные тенденции.

Диагностика

Диагноз устанавливают на основании анамнеза жизни и беседы с пациентом. В процессе диагностики шизоидной психопатии используют критерии МКБ-10: ангедонию, склонность к фантазированию и интроспекции, незначительный интерес к сексу, эмоциональную холодность, малое количество теплых близких отношений, слабую реакцию на критику и похвалу, сложности при усвоении норм поведения. Дифференциальную диагностику шизоидной психопатии проводят с:

Лечение шизоидной психопатии

Шизоидная психопатия не излечивается, особенности характера и личности сохраняются на протяжении всей жизни. Целью лечения является улучшение социальной адаптации, помощь в осознании эмоций, построении комфортных личных и социальных отношений. Лекарственная терапия при шизоидной психопатии неэффективна, основную роль играют различные психотерапевтические методики. Используя приемы когнитивной терапии, специалисты помогают пациенту научиться лучше осознавать собственные эмоции, получать больше удовольствия от каких-то событий или деятельности.

Для улучшения социальных навыков больных шизоидной психопатией направляют на групповую терапию. В процессе групповых занятий пациентов мягко и ненавязчиво стимулируют к общению с другими людьми и совместной деятельности в щадящих безопасных условиях. Проводят ролевые игры, дают домашние задания. При постановке диагноза «шизоидная психопатия» в детском или подростковом возрасте осуществляют поддержку при адаптации в коллективе, оказывают помощь в выборе специальности.

Прогноз

При слабой и умеренной выраженности шизоидной психопатии, правильном выборе профессии и комфортных отношениях с членами семьи прогноз благоприятный. Пациенты успешно адаптируются в социуме, работают, имеют небольшое количество устраивающих их близких отношений.

www.krasotaimedicina.ru

Шизоидная психопатия и расстройство личности

Закрыть
  • Болезни
    • Инфекционные и паразитарные болезни
    • Новообразования
    • Болезни крови и кроветворных органов
    • Болезни эндокринной системы
    • Психические расстройства
    • Болезни нервной системы
    • Болезни глаза
    • Болезни уха
    • Болезни системы кровообращения
    • Болезни органов дыхания
    • Болезни органов пищеварения
    • Болезни кожи
    • Болезни костно-мышечной системы
    • Болезни мочеполовой системы
    • Беременность и роды
    • Болезни плода и новорожденного
    • Врожденные аномалии (пороки развития)
    • Травмы и отравления
  • Симптомы
    • Системы кровообращения и дыхания
    • Система пищеварения и брюшная полость
    • Кожа и подкожная клетчатка
    • Нервная и костно-мышечная системы
    • Мочевая система
    • Восприятие и поведение
    • Речь и голос
    • Общие симптомы и признаки
    • Отклонения от нормы
  • Диеты
    • Снижение веса
    • Лечебные
    • Быстрые
    • Для красоты и здоровья
    • Разгрузочные дни
    • От профессионалов
    • Монодиеты
    • Звездные
    • На кашах
    • Овощные
    • Детокс-диеты
    • Фруктовые
    • Модные
    • Для мужчин
    • Набор веса
    • Вегетарианство
    • Национальные
  • Лекарства
    • Антибиотики
    • Антисептики
    • Биологически активные добавки
    • Витамины
    • Гинекологические
    • Гормональные
    • Дерматологические
    • Диабетические
    • Для глаз
    • Для крови
    • Для нервной системы
    • Для печени
    • Для повышения потенции
    • Для полости рта
    • Для похудения
    • Для суставов
    • Для ушей
    • Желудочно-кишечные
    • Кардиологические
    • Контрацептивы
    • Мочегонные
    • Обезболивающие
    • От аллергии
    • От кашля
    • От насморка
    • Повышение иммунитета
    • Противовирусные
    • Противогрибковые
    • Противомикробные
    • Противоопухолевые
    • Противопаразитарные
    • Противопростудные
    • Сердечно-сосудистые
    • Урологические
    • Другие лекарства
    ДЕЙСТВУЮЩИЕ ВЕЩЕСТВА
  • Врачи
  • Клиники
  • Справочник
    • Аллергология
    • Анализы и диагностика
    • Беременность
    • Витамины
    • Вредные привычки
    • Геронтология (Старение)
    • Дерматология
    • Дети
    • Женское здоровье
    • Инфекция
    • Контрацепция
    • Косметология
    • Народная медицина
    • Обзоры заболеваний
    • Обзоры лекарств
    • Ортопедия и травматология
    • Питание
    • Пластическая хирургия
    • Процедуры и операции
    • Психология
    • Роды и послеродовый период
    • Сексология
    • Стоматология
    • Травы и продукты
    • Трихология
    • Другие статьи
  • Словарь терминов
    • [А] Абазия .. Ацидоз
    • [Б] Базофилы .. Богатая тромбоцитами плазма
    • [В] Вазектомия .. Выкидыш
    • [Г] Галлюциногены .. Грязи лечебные
    • [Д] Дарсонвализация .. Дофамин
    • [Ж] Железы .. Жиры
    • [И] Иммунитет .. Искусственная кома
    • [К] Каверна .. Кумарин
    • [Л] Лапароскоп .. Лучевая терапия
    • [М] Макрофаги .. Мутация
    • [Н] Наркоз .. Нистагм

medside.ru

Шизоидная психопатия

7) Шизоидная психопатия (ШП). Синонимы: аутистическая психопатия, синдром Сухаревой, синдром Аспергера (Г.Е. Сухарева описала данное расстройство за 20 лет до Г. Аспергера). Частота – 5–16 на 10 000 детей (по другим данным, 3–7 на 1000 новорожденных). Значительно чаще встречается у мальчиков, проявления расстройства у девочек отличаются относительной мягкостью. Окончательное формирование психопатической структуры, по данным Н.Е. Буториной (1976) и Б.А. Леденева (1976), происходит рано, обычно в препубертатном возрасте (к 11–13 годам).

Основные симптомы расстройства нередко проявляются уже в раннем детстве. Дети замкнуты, эмоционально монотонны и невыразительны, вялы, обнаруживают слабость физиологических потребностей, инстинктов и влечений, боязнь всего нового, отсутствие надежных привязанностей к близким с нередко симбиотической зависимостью от матери и формированием прочной привязанности к дому (Башина В.М., 2012). Им нередко бывают свойственны опережающее речевое и интеллектуальное развитие, а также моторная неловкость и трудности формирования практических ручных навыков. Типичен внешний облик пациентов: отрешенное выражение красивого лица («лица принца») с бедной мимикой, маловыразительным взглядом и отсутствием контакта глаз.

В дошкольном возрасте интеллектуальная акселерация становится еще более заметной. Дети начинают рано читать, причем литературу, слишком сложную для их возраста, обладают цепкой, порой фотографической памятью на прочитанное, обнаруживают далеко не детские интересы и увлечения, раннее формирование одаренности в том или ином отношении. Например, девочка в 3 года самостоятельно читает, вскрывает мелких животных, изучая их внутренние органы, в 5–6 лет увлеклась чтением классической и даже философской литературы. Со слов родителей, она с года разговаривает, правильно использует местоимения, имеет представление о пространстве и времени. Нередко интерес к чему-либо приобретает у пациентов односторонний характер и поглощает все свободное время. Интересы при этом часто бывают необычными, например коллекционирование всяческого хлама.

Пациенты способны к сложным логическим построениям, задают весьма трудные или даже заумные вопросы, в беседе с кем-либо склонны к монологу, будучи неспособными усвоить навыки диалогической речи. В то же время они лишены жизнерадостности и непосредственности, по-взрослому рассудительны, а некоторые пациенты склонны к мудрствованию. Кроме того, остаются отгороженными, не готовыми к контактам и играм с детьми, моторно неловкими, неуклюжими, совершают много лишних движений, а некоторые обнаруживают тикообразные гиперкинезы и стереотипии поведения.

В школьном возрасте начинается дифференциация личностных качеств. У части пациентов все более отчетливыми становятся замкнутость, обидчивость, ранимость и настороженность в связи с осознанием своей дефицитарности – сенситивные шизоиды (Кречмер Э., 1921). У другой части отмечается улучшение внешней контактности (при отсутствии, однако, друзей), склонность к резонерству на нейтральные темы, упрямство в достижении целей, часто отражающих сверхценные интересы, отсутствие гибкости – экспансивные шизоиды, по Э. Кречмеру.

Вероятно, речь может идти о вторичных, компенсаторных и гиперкомпенсаторных образованиях личности, возникающих в ходе взаимодействия пациентов с окружающими людьми. При этом, указывает В.В. Ковалев (1979), основная роль в формировании упомянутых качеств личности принадлежит психопатическим и психогенным реакциям (невротическим, характерологическим, патохарактерологическим), возникающим в ответ на новые обстоятельства жизни (разлука с матерью, помещение в детское учреждение, начало самостоятельной жизни, неумелые действия воспитателей и др.).

Стоит особо заметить, что тяжесть и длительность упомянутых реакций часто не соответствует серьезности обстоятельств, последние парадоксальны и с обычных позиций могут рассматриваться как малозначительные, тогда как субъективно они воспринимаются пациентами как крушение важнейших ценностей и идеалов. В то же время важные события оставляют их равнодушными. Так, В.В. Ковалев приводит иллюстрацию, в которой пациент, увидев, как спилили дерево, воспринял это как личную катастрофу. В то же время он равнодушно отнесся к болезни и госпитализации матери, а затем к смерти бабушки: «Таков закон природы, и нечего плакать!»

У сенситивных шизоидов в младшем школьном возрасте сравнительно часто встречаются реакции типа элективного мутизма, энкопреза, энуреза, отказа с пассивной подчиняемостью, субдепрессивным сдвигом настроения. Наиболее частыми у детей и в более старшем возрасте являются реакции компенсации и гиперкомпенсации, такие как чрезмерная привязанность к матери, тупое упрямство, отторжение нового, а также односторонние интересы и увлечения, стереотипизация образа жизни, состояние утрированной отгороженности и замкнутости в новых жизненных ситуациях у подростков и лиц более старшего возраста.

Пубертатный период в большинстве случаев сопровождается декомпенсацией с заострением черт личности, нередким появлением симптома «философической интоксикации», рудиментарных гебоидных проявлений (грубость, агрессивность, дурашливость), субдепрессивных сдвигов настроения, учащением невротических расстройств и личностных реакций, вызванных усилением чувства неполноценности. Много реже встречаются реакции группирования, имитации, асоциальное поведение (Личко А.Е., 1977).

У части подростков возникают стертые депрессивные фазы с сенесто-ипохондрическими, обсессивными, истериформными компонентами длительностью до нескольких недель (Мазаева Н.А., 1974), в некоторых случаях наблюдаются короткие психотические эпизоды с возвращением к прежнему состоянию. Более длительные реакции или аутохтонные фазы могут повлечь усиление шизоидных качеств личности.

У девочек не обнаруживаются своеобразие мышления, склонность к резонерству, реже бывают сверхценные увлечения, а на первый план выступают неустойчивость настроения, капризность, сочетание болезненной сенситивности с эмоциональной холодностью (психэстетическая пропорция, по Э. Кречмеру), причудливость поведения. Компенсация шизоидной психопатии у подростков, наряду с упомянутыми вариантами компенсаторного поведения, происходит благодаря появлению повышенного чувства общественного долга, «гипертрофированных» нравственных установок (Мазаева Н.А., Козюля В.Г., 1977).

В отличие от пациентов с шизофренией шизоиды проявляют достаточную продуктивность в интересующей их сфере деятельности и в этом плане способны к достаточно успешной социальной адаптации, признаков процессуальности обычно не обнаруживают.

Среди кровных родственников пациентов нередко встречаются больные шизофренией, лица с шизоидными чертами характера, синдромом Каннера, секундарные случаи синдрома Аспергера.

Вернуться к Содержанию

psyclinic-center.ru

причины, симптомы, диагностика и лечение

Шизоидная психопатия (шизоидное расстройство личности)

Основными признаками шизоидной психопатии являются отсутствие потребности в близких отношениях, устойчивое желание свести к минимуму социальные контакты, некоторое пренебрежение социальными нормами, эмоциональная холодность и отстраненность от собственных чувств в сочетании с теоретизированием и уходом в фантазии. Пациенты, страдающие шизоидной психопатией, не способны проявлять любые сильные чувства – как позитивные (радость, нежность, восторг), так и негативные (ярость, гнев).

Такие больные мало заинтересованы в сексуальных контактах, дружбе и создании семьи. Они предпочитают вести уединенный образ жизни. Людям, страдающим шизоидной психопатией, тяжело работать в команде, поэтому они выбирают профессии, предполагающие индивидуальную активность. Они либо получают удовольствие от небольшого количества видов деятельности, либо не получают удовольствия вообще. Они равнодушны как к осуждению, так и к одобрению, их мало заботят принятые социальные нормы.

Психоаналитики считают, что причиной развития шизоидной психопатии является двойственность родительских посланий и потребность в близости в сочетании со страхом поглощения, заставляющим сохранять дистанцию в общении с людьми. Основной психической защитой становится интеллектуализация. Отмечается выраженная склонность к сублимации. Диагноз шизоидная психопатия выставляется при наличии четырех и более из перечисленных признаков в возрасте 18 лет и старше, их проявлении в различном контексте и сохранении на протяжении жизни. Лечение – социальная адаптация, продолжительная психоаналитическая терапия.

Параноидная психопатия (параноидное расстройство личности)

Отличительными чертами параноидной психопатии являются злопамятность, подозрительность, чрезмерно острые реакции на отказ или невозможность удовлетворения потребностей, а также искаженное восприятие окружающего со склонностью искажать факты, принимать все на свой счет, трактовать поступки других людей в негативном ключе и подозревать их в дурных намерениях. Пациенты, страдающие параноидной психопатией, постоянно кем-то или чем-то недовольны. Им трудно прощать ошибки окружающих, за любой случайностью они видят злой умысел, строят теории заговоров, болезненно относятся к вопросам прав личности, рассматривают нейтральные или положительные слова и действия других людей как покушение на собственную репутацию. Характерной особенностью данной психопатии является постоянная чрезмерная ревность.

Основные защитные механизмы психики – проекция, отрицание и реактивное формирование. Пациенты, страдающие параноидной психопатией, переживают множество ярко выраженных отрицательных эмоций (гнев, зависть, обиду, желание отомстить, злость, страх, вину, стыд), однако отрицают свои чувства и проецируют их на окружающих. Диагноз выставляется при выявлении трех и более из вышеперечисленных признаков психопатии. Обязательным условием является постоянство этих признаков и их влияние на несколько сторон жизни больного. Лечение включает в себя мероприятия по социальной адаптации и продолжительную психотерапию.

Возбудимая психопатия (эмоционально неустойчивое расстройство личности)

Выделяют два вида возбудимой психопатии: импульсивное расстройство личности и пограничное расстройство личности. Для обеих патологий характерна импульсивность, склонность к бурному, яркому, неконтролируемому проявлению эмоций, зачастую несоответствующих значимости реальных обстоятельств. Отличительными чертами психопатий являются неустойчивость образа собственного «Я», серьезные проблемы при построении социальных отношений, высокая напряженность личных отношений, колебания от идеализации к обесцениванию партнера.

Пациенты, страдающие возбудимой психопатией, испытывают выраженный страх перед одиночеством, однако из-за убеждений, возникших в детском возрасте, не могут строить стабильные отношения. С одной стороны, люди с возбудимой психопатией сомневаются в собственной ценности и значимости, считают свои чувства и интересы неважными и пытаются их скрывать, с другой – предполагают, что другие могут их использовать и подозревают окружающих в корыстных интересах. Высокое эмоциональное напряжение «выплескивается» в виде неконтролируемых вспышек ярости и гнева, зачастую непонятных окружающим. Для этой психопатии характерны периоды тревоги и раздражительности, аутоагрессивное поведение и сексуальная неразборчивость.

Многие больные совершают попытки суицида и злоупотребляют психоактивными веществами. Импульсивный вариант возбудимой психопатии отличается от пограничного расстройства более выраженной агрессивностью, жестокостью и эмоциональной неустойчивостью и более низким уровнем контроля над собственным поведением. Диагноз психопатии выставляется при наличии выраженной импульсивности, значительного снижения способности к планированию и неконтролируемых вспышек гнева. Лечение – длительная психотерапия, направленная на коррекцию патологических убеждений и стабилизацию образа собственного «Я», в сочетании с мероприятиями по социальной адаптации.

Истерическая психопатия (истерическое расстройство личности)

Характеризуется избыточной эмоциональностью в сочетании с потребностью любым способом оставаться в центре внимания окружающих. Эмоции поверхностные, нестабильные, нередко – чрезмерно преувеличенные (театральные). Для привлечения внимания пациенты, страдающие истерической психопатией, активно используют собственную сексуальность, рассматривают свою внешность как инструмент для манипуляций окружающими.

Наблюдается эгоцентризм, поверхностность суждений, отсутствие потребности в полноценном анализе ситуаций и высокая внушаемость. Больные истерической психопатией легко подпадают под чужое влияние. Диагноз выставляется при наличии трех и более стабильных признаков, характерных для данного расстройства. Лечение – помощь в социальной адаптации, длительная психотерапия. Наиболее эффективной методикой считается психоаналитическая терапия.

Другие психопатии

Психастеническая психопатия (обсессивно-компульсивное расстройство личности) характеризуется нерешительностью, упрямством, чрезмерным вниманием к деталям, перфекционизмом, аккуратизмом и потребностью контролировать окружающее. Больные психастенической психопатией постоянно что-то бесцельно планируют, пытаясь учесть мельчайшие детали. Им трудно расслабляться, они все время стремятся найти себе какое-нибудь «полезное занятие», предпочитая ненужную работу отдыху и общению с друзьями.

Астеническая психопатия (зависимое расстройство личности) проявляется ранимостью, высокой чувствительностью и избыточной потребностью в заботе окружающих. Пациенты, страдающие этой психопатией, страшатся мнимого расставания, теряются в непривычной обстановке, излишне привязываются к другим людям и боятся одиночества. Они склонны занимать позицию ведомого, избегают ответственности, тяжело принимают любые решения. Наблюдаются сопутствующие вегетативные расстройства и повышенная истощаемость.

Шизотипическая психопатия (шизотипическое расстройство личности) проявляется неспособностью вступать в близкие отношения, необычным поведением и мистическим мышлением. Пациенты считают, что обладают какими-то необыкновенными, как правило, экстрасенсорными способностями: читают будущее, видят и понимают нечто скрытое от глаз остальных людей, владеют телепатией и т. п. Характерны необычное поведение и речь, насыщенная метафорами.

Асоциальная психопатия (диссоциальное расстройство личности) сопровождается грубым игнорированием общепринятых социальных норм и пренебрежением правилами поведения в социуме. Больные проявляют равнодушие к чувствам окружающих, склонны к риску, агрессии и импульсивному поведению. При желании пациенты, страдающие асоциальной психопатией, без труда могут сходиться с другими людьми, однако имеют крайне ограниченную способность к формированию привязанностей. Не испытывают чувства вины, склонны винить во всем других людей и находить благовидные объяснения любым собственным поступкам.

Нарциссическое расстройство личности – психопатия, при которой наблюдается убежденность в собственной уникальности, потребность в восхищении и отсутствие эмпатии. Пациенты убеждены, что отличаются от «серой массы», что их таланты и достижения имеют особую значимость. Они уверены, что их должны любить, ими должны восхищаться и им должны подчиняться. При этом «пустое» внутреннее «Я», человека, страдающего психопатией, требует постоянных внешних подтверждений собственной значимости и уникальности. Больной испытывает зависть к окружающим и считает, что другие люди ему завидуют.

Избегающее расстройство личности (тревожное расстройство) – психопатия, при которой пациенты постоянно страдают от чувства собственной неполноценности. Они чрезвычайно чувствительны к критике, боятся недовольства и неодобрения других людей, сдерживают эмоции при общении с посторонними, избегают новых видов деятельности. Верят в превосходство окружающих. Настолько боятся быть отвергнутыми, что сохраняют дистанцию, не позволяющую другим людям подойти достаточно близко для одобрения или отвержения.

Пассивно-агрессивное расстройство личности – психопатия, при которой наблюдается постоянное пассивное сопротивление любым видам деятельности. Больные колеблются от протеста к раскаянию, легко вступают в конфликты с другими людьми, жалуются и критикуют окружающих, завидуют чужим удачам. Склонны занимать позицию «вечного страдальца», преувеличивая собственные неприятности.

Основой лечения всех перечисленных психопатий является длительная психотерапия. Методику выбирают с учетом особенностей расстройства. В большинстве случаев наиболее эффективными являются классический психоанализ, глубинная психоаналитическая терапия Юнга, различные комбинации и модификации этих методов. При необходимости при психопатиях назначают транквилизаторы и антидепрессанты. Большую роль играет целенаправленная социальная адаптация в подростковом и юношеском возрасте: поддержка при вхождении в коллектив, помощь в выборе профессии и пр.

www.krasotaimedicina.ru

Шизоидные психопатии — DoctorMind.Ru-психологическое консультирование

Все основные свойства шизоидной акцентуации — замкнутость, отгороженность от людей, недостаток интуиции и сопереживания, уход в мир фантазий и увлечений — все это достигает крайности.
Своеобразные черты обнаруживаются с раннего детства:
речь начинает развиваться до ходьбы, такие дети очень рано научаются читать (видимо, легкость усвоения всякой символ.изации обусловлена конституционально), они любят сохранение постоянства в обстановке, одежде, еде [Леденев Б. А., 1981].
При умеренной степени шизоидной психопатии в подростковом возрасте обнаруживается иногда возможность хорошей адаптации, но в жестко ограниченных условиях, где даже могут достигаться значительные успехи (например, в области некоторых точных наук, занятиях прикладным искусством, игре в шахматы и т. п.), но при этом в обыденной жизни, при пере мене обстановки оказываются плохо приспособленными. Одним из условий успеха является необходимость работать одному — без напарников, помощников, непосредственных руководителей и т. п., рабочие контакты должны оставаться формальными.
При тяжелой психопатии дезадаптация иногда проявляется в стремлении полностью отгородиться от людей и жить только в своем фантастическом мире, целиком отдаться своим прихотливым увлечениям.

Александр М., 16 лет. Отец развелся с матерью, когда сыну было 4 года, но поддерживал с ним контакт. Мать вышла замуж снова, когда сыну исполнилось 8 лет. Отчим оказался пьяницей, скандалистом. Два года назад мать с ним разошлась, Во время беременности — тяжелый токсикоз, в родах — легкая асфиксия.
Развитие с некоторой задержкой моторных навыков. До 12 лет страдал ночным энурезом, который изредка возобновлялся и позднее.
С детства рос тихим и замкнутым, играть любил один. С 6 лет просил мать не водить его в детский сад и охотно в одиночестве оставался дома, элементарно себя обслуживая. В школе учился с трудом, но классов не дублировал.
Увлекался выпиливанием разных поделок из дерева — дом заполнен сделанными нм рамочками, полочками, шкатулками и т. п. Друзей не имел. К матери был привязан, ласков, но переживаниями с ней не делился. Отчима «не замечал».

После окончания 8 классов сам выбрал себе ПТУ, где готовили мастеров-краснодеревщиков. Хорошо успевал по специальности (мастер называл его «самородком»), но пренебрегал общеобразовательными предметами. От товарищей держался особняком.
По словам матери, последние месяцы стал вести себя необычно: уходил из дома по вечерам, возвращался очень поздно, иногда не приходил ночевать.
При расспросах отмалчивался, озлоблялся. Мать проследила, что у него появися знакомый — немолодой мужчина, который заходил за ним в ПТУ, называясь родственником. Однажды, когда сын еще не вернулся из ПТУ, этот мужчина пришел к ним домой, заявив, что он мастер из этого училища. Мать заподозрила гомосексуальную связь, заявила в милицию.
Вызванный в инспекцию по делам несовершеннолетних, крайне озлобился, никаких объяснений не дал. По совету инспектора мать привела его к психиатру.
Тому признался, что у него «постоянные навязчивости», содержание которых он стыдился раскрыть.
В подростковой психиатрической клинике держался в стороне от подростков, был молчалив, никаких гомосексуальных склонностей не проявил. Однажды неожиданно набросился на соседа по палате (подростка с легкой дебильностью и нарушениями влечений) и стал его избивать. Оказал сопротивление инъекции аминазина, назначенной ему дежурным врачом.
Во время беседы поначалу был крайне напряжен и подозрителен. Постепенно удалось установить контакт. Объяснил, что сопротивлялся инъекции аминазина, так как слышал, что от этого лекарства очень крепко засыпают, а у него при глубоком сне может возобновиться энурез — стеснялся «опозориться перед ребятами». Побил соседа за то, что тот пристал к нему с «неприличным предложением», а он же «из-за подозрения в больницу попал». Гомосексуальное влечение отрицал. С девочками не знакомился, потому что стеснялся. Встречи со взрослым мужчиной, по его словам, были на чисто деловой почве: познакомились в кино, тот предложил ему дома починить его старинную мебель, туда он и ходил по вечерам. Отрицал, что когда-либо ночевал не дома. Ему самому непонятно, почему этот мужчина назывался то его родственником, то мастером из ПТУ. Признался, что с ним было «интересно» — любил слушать рассказы взрослых. Видимо, полностью не раскрыл происшедшего и своих переживаний.
Например, в милиции и в диспансере заявил, что не знает, где этот мужчина живет. Теперь сказал, что «просто там испугался». Выяснилось, что под «навязчивостями» (само это слово услышал от психиатра в диспансере) он подразумевал эротические фантазии, которым предается наедине или перед сном. Содержания их не раскрыл — «стыдно об этом говорить». К мaтеpи относится тепло, жалеет ее, однако раздражает что она суется во все его дела. Близкого друга никогда не было, хотя мечтал такого иметь. С соучениками в ПТУ попробовал выпивать, но алкоголь переносил плохо («никакой радости»), поэтому испытывает к нему отвращение. Курит с 14 лет регулярно и при волнении много.
Физическое развитие соответствует возрасту. При неврологическом осмотре и на ЭЭГ — без отклонений.
При патохарактерологическом обследовании с помощью ПДО по шкале объективной оценки диагностирована выраженная склонность к диссимуляции личностных отношений, тем не менее установлен шизоидный тип с чертами истероидности. Отмечен высокий В-комплекс (указание на возможность изменений характера вследствие резидуального органического поражения головного мозга), выявлена низкая конформность (часто встречается у шизоидного типа) и психологическая склонность к алкоголизации. Самооценка — неверная: по шкале субъективной оценки достоверно выступили истероидные черты, отрицаются черты сенситивные и психастенические.
Диагноз. Шизоидная психопатия умеренной степени.
Катамнез через 2 года. ПТУ бросил по неясной причине, Сперва работал на мебельной фабрике, но затем оставил и эту работу, почему — матери не объяснил. В настоящее время работает слесарем. Ведет по-прежнему непонятный образ жизни: уходит неизвестно куда до поздней ночи, дважды исчезал на 2-3 сут. — мать уже заявляла в милицию, но он появился сам. Однако пьяным его никто не видел, милицией задержан не был. При настойчивых расспросах матери — упорно молчит, не выдержав — начинает швырять в нее чем попало. Но во время болезни матери не отходил от нее, заботливо ухаживал, сам готовил пищу, стирал.
Шизоидная психопатия является, вероятно, одной из наиболее эндогенно обусловленных. Недостатки воспитания в развитии самой шизоидности имеют минимальное значение. «Краевых психопатий», т. е. психопатических развитий по шизоидному типу, нам, в отличие от В. А. Гурьевой и В. Я. Гиндикина (1980), не встречалось.
Неправильное воспитание может обусловливать наслоение на шизоидное ядро черт другого типа — истероидного — при потворствующей гиперпротекции, эпилептоидного — в системе жестоких отношений, неустойчивого — при гипопротекции, отдавшей подростка во власть асоциальной компании, сенситивного при эмоциональном отвержении.
Ш и з о и д н о — н е у с т о й ч и в а я п с и х о п а т и я является следствием напластования черт неустойчивости на шизоидную основу. Такие подростки не склонны к групповой делинквентности, но могут иногда совершать серьезные правонарушения во имя «своей группы» или чтобы группа «признала своим». Проступки и правонарушения носят иногда совершенно непонятный характер, так как их мотивы тщательно утаиваются.
Долго скрытыми могут оставаться и сексуальные девиации (эксгибиционизм, развратные действия над малолетними, гомосексуальные сношения и т. п.). Иногда делинквентному поведению и правонарушениям предшествует прием небольшой дозы алкоголя в качестве «допинга», но настоящего опьянения при этом не бывает.

Раиса Ч., 15 лет (наблюдение нашего сотрудника В. В. Егорова). Выросла в асоциальной семье, отец и мать неоднократно судимы. Старшая сестра и дед по отцу страдают хроническими психическими болезнями, у тетки со стороны матери — психическое расстройство после потери слуха.
В 6-месячном возрасте перенесла тяжелый грипп, осложнившийся серозным менингитом. Развивалась без задержки. Рано научилась и любила читать. Но в школе училась плохо, дублировала 1-й, 2-й и 4-й классы: не хотела заниматься, рвала тетради, ссорилась с одноклассниками, но, в то же время, учителя отмечали ее начитанность. Окончив 4 класса, в 13 лет вообще бросила учебу. С 9 лет начала курить, с 13 лет под влиянием матери «для подъема настроения» принимала различные лекарственные средства в больших дозах (седуксен, димедрол и др.). К алкоголю склонности не обнаружила.
Месячные с 14 лет. В том же возрасте, с ее слов, якобы была изнасилована.
Дальнейшую половую жизнь отрицает. После ареста матери была взята теткой, с нею стала конфликтовать, отказывалась пойти в школу, неоднократно убегала от нее, украв небольшую сумму денег, и где-то скрывалась. Комиссией по делам несовершеннолетних была направлена в специальное ПТУ. При поступлении пыталась тайком пронести в спальню коллекцию порнографических открыток.
В ПТУ не могла ужиться с другими воспитанницами, держалась особняком.
Нарочно совершала проступки, чтобы быть наказанной и «побыть одной». Жаловалась на плохое настроение, бессонницу, высказывала суицидные намерения.
Училась хорошо — обнаружила большие способности и усидчивость — за год с лишним прошла программу 5-го, 6-го и 7 -го классов.

При обследовании психиатром подтвердила наличие суицидных мыслей (не может жить в общей спальне), сниженное настроение. Заявила, что подруги ей не нужны были никогда — «одной лучше», что «все» смотрят на нее как на «никчемную и никому не нужную».
Физически развита по возрасту.
На груди татуировка: над грудиной — крестик, в складке под левой грудной железой («на сердце») — мужское имя. При неврологическом осмотре — без отклонений.
При патохарактерологическом обследовании с помощью ПДО по шкале объективной оценки диагностирован смешанный — шизоидный и сенситивный тип. Установлены выраженная реакция эмансипации и низкая конформность (оба признака свойственны шизоидам). Самооценка — неопределенная: достоверно черт какого-либо типа не выступило, однако отчетливо отрицаются черты гипертимного и конформного (свойственно шизоидам), а также истероидного и лабильного типов.
Диагноз. Психопатия шизоидно-неустойчивого типа выраженной степени.
Катамнез после окончания ПТУ — около года работала по приобретенной специальности, затем, не объясняя причины, бросила работу и уехала в неизвестном направлении.
При других смешанных типах — при напластовании на шизоидное ядро истероидных и других черт — ведущим также всегда остается шизоидность.
Как указывалось ранее, шизоидная акцентуация гораздо чаще встречается у мальчиков. Однако шизоидная психопатия, видимо, нередко формируется и у подростков женского пола.
Может быть, при наличии шизоидных черт характера девочкам гораздо труднее адаптироваться, чем мальчикам, так как любое окружение с детства ищет в них большей эмоциональной выразительности, ждет от них общительности и способности к сопереживанию.
Эпилептоидные психопатии. Чем меньше возраст, когда выявляются ее черты, тем тяжелее она бывает [Спивак Л. И., 1962].
По сравнению с акцентуациями этого типа две черты характера могут резко усиливаться. В одних случаях значительно возрастают склонность к дисфориям и аффективность (эксплозивный вариант). В других — на первый план выступают нарушения влечений (перверзный вариант). Последние чаще всего проявляются садистски-мазохистскими склонностями. Такие подростки получают чувственное наслаждение, мучая, изощренно истязая малышей, слабых и беззащитных, зверски избивая и добивая до смерти животных. Но и у самих подростков на теле можно видеть следы порезов и ожогов от папирос, нанесенных себе. В крайних случаях обнаруживается стремление к самокалечению, заглатыванию инородных тел, введению игл в собственное тело. Нарушения влечений могут проявляться также истинной дромоманией, страстью к поджогам, точнее — к созерцанию пылающего пламени, а также в сексуальных извращениях (чаще гомосексуализм с активной ролью). Одной из нечастых, но ярких форм нарушений влечений является патологическая страсть к незавершенным самоудавлениям. Затягивают на шее петлю или сдавливают шею руками до помрачения сознания и появления легких судорожных подергиваний мышц — в этот момент испытывают наслаждение, близкое к оргазму («ловят кайф»).
Иногда другими эти действия неправильно трактуются как суицидные попытки.
Суицидальное поведение у эпилептоидных подростков может представлять трудности для анализа. У взрослых психопатов этого типа описаны истинные покушения на самоубийство во время тяжелых дисфорий. У эпилептоидных подростков такие действия крайне редки. Дело обычно ограничивается нанесением себе нетяжелых повреждений. Зато частым бывает демонстративное суицидальное поведение, иногда носящее характер явного «суицидального шантажа». В отличие от сходных поступков истероидов, добивающихся внимания к своей особе или каких-то поблажек для себя, суицидальные демонстрации у эпилептоидных подростков обычно спровоцированы наказаниями, всегда окрашены чувством мести в отношении обидчика («пусть отвечает») и предназначены для того, чтобы доставить тому неприятности.
Эпилептоидная психопатия чаще всего бывает конституциональной, несмотря на имеющиеся признаки резидуального органического поражения головного мозга (неврологическая «микросимптоматика», наличие в анамнезе черепно-мозговых травм или иной церебральной патологии). Тем не менее, клиническая картина нарушений, особенности аномалий характера имеют существенные отличия от эпилептоидного варианта органической психопатии. Психопатическое развитие по эпилептоидному типу в условиях жестоких взаимоотношений в ближайшем окружении возможно на основе как той же эпилептоидной, так и конформной, реже — шизоидной акцентуации.
Эпилептоидная психопатия — один из самых частых типов, с которым приходится сталкиваться в подростковом психиатрическом стационаре. Примеры этого типа даны при описании разных степеней тяжести психопатий.
В качестве наиболее частых вариантов эпилептоидной психопатии, как конституциональной, так и психопатического развития, могут быть отмечены следующие.
Эпилептоидно-истероидная психопатия проявляется сочетанием эпилептоидных черт с эгоцентризмом, претенциозностью, склонностью к демонстративному поведению.
Даже во время аффективных вспышек и при удовлетворении нарушенных влечений выступает демонстративность. Например, самоповреждения всегда наносятся на глазах у других. В сексуальной жизни предпочитают партнеров, попадающих от них в рабскую зависимость, живут за их счет, помыкают ими. С годами все более обнаруживаются такие черты, как склонность к «больничному паразитизму», демонстративным суицидным попыткам, глотанию инородных тел. В отличие от типичных эпилептоидов, бывают наделены несколько грацильным телосложением.

Виктор Н., 15 лет. Из благополучной семьи, наследственность не отягощена.
Еще до школы был трудным: совершал мелкие кражи, начал курить. С l-го класса учиться не хотел, прогуливал уроки. В 10 лет впервые убежал из дома:
боялся наказания, так как в школе после того, как его отчитывали на педагогическом совете за прогулы и неуспеваемость, исписал стены нецензурными надписями о педагогах. Подбил на побег товарища, у которого были родственники в другом городе. По дороге были задержаны милицией. С 11 лет совсем забросил учебу, время проводил в уличных компаниях, стал выпивать. Прогулы обставлял так, что родители долго были в неведении. Пришедшей к нему домой учительнице тайком пригрозил ножом.
Был помещен в специальный интернат. Здесь около года вел себя примерным образом, угодничал перед воспитателями, писал патриотические стихи и читал иx на вечерах художественной самодеятельности, был назначен командиром класса и получил определенную власть над соучениками, к более слабым из которых относился жестоко, требовал подачек, тайно заставлял ему прислуживать. Когда было обнаружено, что принуждал к развратным действиям более слабого ученика, был смещен со своего командирского поста. Вскоре после этого ночью ударил этого воспитанника указкой в висок и совершил побег из интерната. Возвращенный, хвастливо заявлял соученикам, что собирался убить из мести за то, что тот выдал.
В подростковой психиатрической клинике режима не нарушал, заискивал перед персоналом. С другими подростками постоянно и явно демонстративно вел сексуальные разговоры о девочках, видимо, надеясь таким путем опровергнуть подозрение в гомосексуализме. Сочинил историю, что он должен был якобы убить своего соученика, потому что проиграл его в карты. Держался развязно, с бравадой, но было видно, что сам побаивается более сильных подростков.
Во время беседы старался не сказать о себе ничего нового и вместе с тем произвести благоприятное впечатление. Своим поступкам дал новую версию объяснений: якобы тот соученик соблазнял его к развратным действиям, а когда он отказал, то его же оклеветал. «Убийство» он только изобразил, так как не хотел проиграть спор с другим учеником, что он «способен на все» — иначе бы с ним «не считались». Обнаружил склонность к рисовке и позерству. Сам предложил прочесть сочиненные им патриотические стихи перед врачами и студентами (весьма примитивные по форме и содержанию). Заявил, что в будущем станет поэтом, а для этого «в жизни надо все испытать».
Небольшого роста, но крепкого телосложения. Сексуальное развитие с умеренной акселерацией.
При неврологическом осмотре и на ЭЭГ — без отклонений.
При патохарактерологическом обследовании с помощью ПДО по шкале объективной оценки диагностирован смешанный эпилептоидно-истеродный тип.
Имеется указание на возможность формирования эпилептоидной психопатии.
Отмечена сильная реакция эмансипации (встречается у истероидов), высокая склонность к делинквентности и выраженная к алкоголизации. Самооценка неверная: по шкале субъективной оценки достоверно выступили гипертимные и неустойчивые черты.
Диагноз. Психопатия эпилептоидно-истероидного типа умеренной степени.
Катамнез. В связи с продолжающимися нарушениями поведения после окончания 8 классов из специального интерната был переведен в специальное ПТУ.

Эпилептоидно-неустойчивая психопатия включает, кроме эпилептоидных черт, постоянное стремление к праздному образу жизни. Живут только настоящим, без планов на будущее. Отсутствуют эмоциональные привязанности. Обычно интенсивно алкоголизируются. Становятся властелинами асоциальных групп, используют их членов в корыстных целях или для удовлетворения своих извращенных влечений. Особенно склонны к промискуитету. Легко переступают грань между делинквентностью и криминалом. Наиболее частые преступления нанесение тяжких повреждений, сексуальная агрессия, а также грабеж и кражи со взломом. Правонарушения обычно совершаются с сообщниками, которым отводят наиболее опасную роль, но сами заполучают львиную долу «добычи» [Личко А. Е., Вдовиченко А. А., 1980}. При угрозе наказаний любят симулировать различные заболевания.
Сходная картина психопатии у взрослых была описана в качестве самостоятельного типа под разными названиями: «враги общества» [Kraepelin Е., 1915}, «бездушные» [Schneider К, 1923], «антисоциальные» [Г аннушкин П. Б., 1933} — они действительно, как правило, ведут асоциальный образ жизни. Но все эти наименования оказались неудачными и не привились. Иногда их называют «эмоционально тупыми», что вряд ли правильно, так как под эмоциональной тупостью понимается один из основных симптомов шизофрении.
В подростковом возрасте отчетливее видно, что это — вариант эпилептоидного типа с особенностями поведения, свойственными типу неустойчивому. П. Б. Ганнушкин (1933) у «антисоциальных» отмечал также шизоидные черты. Но при явном недостатке сопереживания, чем обусловлено это сходство, у них нет ни настоящей замкнутости, ни жизни во внутреннем мире, ни даже недостатка интуиции в оценке межлюдских отношении.

doctormind.ru

Шизоидный тип психопатии. Избранные лекции по психиатрии

Шизоидный тип психопатии

Понятие шизоидной психопатии впервые ввел Э. Кречмер и он же заметил, что шизоидные психопаты по своим конституциональным особенностям весьма напоминают больных шизофренией. В 10-м пересмотре заболеваний они описываются в рубриках «шизоидные расстройства личности» и «диссоциальные расстройства личности». Больные этой группы импонируют как люди странные и необычные. В первую очередь, бросается в глаза эмоциональная дисгармония. Шизоиды странным образом сочетают в себе необычайно высокую чувствительность к воздействиям окружающих (стеклянная хрупкость и огневая возбудимость), и в то же время, крайнюю эмоциональную холодность, доходящую, временами, до бесчувственности (деревянная тупость, ледяная холодность). Гиперестетичность и анестетичность, сочетающиеся в одном человеке, позволили Э. Кречмеру говорить о психастетической пропорции. Т. к. эти элементы у разных больных представлены в разных пропорциях, то и выделяются крайние варианты: сенситивные шизоиды и эмоционально холодные (экспансивные).

Сенситивные шизоиды — люди со «сверхнежной», впечатлительной натурой с преобладанием астенического аффекта. Они легко впадают в уныние, склонны к болезненной чувствительности и астеническим реакциям в ответ на малейшую обиду. Их эмоциональные привязанности необычны и, главное, очень ограничены. Острие переживаний всегда направлено на себя. Чувства и переживания других людей для них могут оказаться закрытой книгой, как бы отсутствует или извращен эмоциональный резонанс. Наиболее болезненны для сенситивных шизоидов всевозможные нравственные и морально-этические конфликты, при этом появляется чувство, будто окружающие подозревают их в неблаговидных или аморальных поступках. В результате чего часто формируются фобии, отвлеченные навязчивости, выраженные субдепрессивные реакции по малейшему поводу, что и декомпенсирует пациентов в среде.

Несколько другой тип реакций демонстрируют эмоционально холодные (экспансивные). Обычно внешне безразличные и бесчувственные, легко переносящие, порой, весьма тяжелые психотравмы, они могут дать выраженную эксплозивную реакцию по внешне незначительным и малопонятным поводам, вплоть до брутальной гневливости с разрушительными тенденциями и действиями. В обычных условиях они не способны к сопереживанию, сочувствию, состраданию, внешне надменны, ироничны, презрительны. При нарастании жизненных трудностей, в разнонаправленных конфликтах эксплозивность выливается в жесткие импульсивные поступки. В последующем, эти реакции могут закрепиться, легко возникают настороженность, подозрительность по отношению к тем или иным личностям, вплоть до атипичных депрессий с бредовыми идеями, каковыми пациенты и декомпенсируются в среде.

Надо заметить, что в обеих подгруппах весьма необычны внешние формы проявлений эмоций в мимике и пантомимических движениях. Они то приобретают характер гротескности, внешне бурные и красочные доходят до вычурности, то крайне обеднены, стереотипны, шаблонны. Столь же необычна вообще вся двигательная сфера больных. Угловаты, моторно неловки, шаблонны. В походке, привычных движениях наблюдается нарочитость, неестественность, а то и вычурность.

Не менее интересно и необычно мышление шизоидных психопатов. Как правило, им свойственно т. н. аутистическое мышление, отличающееся особой нестандартностью. Нестандартность мышления у них проявляется в том, что наши пациенты делают умозаключения, опираясь в их доказательствах на неосновные, маловероятные признаки. В результате выводы приобретают, чаще всего, достаточно нелепый, гротескный характер, поражающий окружающих своей неожиданностью. По словам П. Б. Ганнушкина, окружающий мир у шизоидов как бы отражается в кривом зеркале. Это совсем не значит, что каждое умозаключение у шизоидов бесплодно. Именно нестандартность взгляда, другая парадигма позволяет порой сделать весьма значительные открытия. Как трудно бывает здоровому человеку проникнуть в мир мыслей и чувствований шизоида, так и шизоидам недоступно понимание мира представлений здорового. Они (больные) будто отгорожены от окружающих «стеклянной стеной». Любой психиатр в диагностике шизофрении пользуется малодостоверным признаком — «чувствую или не чувствую больного», по-видимому, это правило применимо и к шизоидам. Сенситивные шизоиды с детства тихи, мало заметны, робки и крайне мечтательны. Их мечты полны абсолютно неосуществимыми фантазиями, которые как бы заслоняют их от грубости реального мира. Несколько иное наблюдается у экспансивных шизоидов — их мышление полно сухих и безжизненных схем, крайне формализовано и, конечно же, достаточно далеко от реальной жизни. Для них главное — абстрактное умопостроение, а факты — «тем хуже для фактов». У тех и других речь то витиевата и изысканна до напыщенности, то невыразительна, стереотипна, монотонна, с частыми соскальзываниями, налетом резонерства, неологизмами и вычурными умозаключениями. Мы уже говорили, что иной раз, на весьма незначительные морально-этические конфликты возможна ответная реакция в виде обсессий, фобий, ипохондрических депрессий, сверхценных и даже бредовых переживаний.

Большой интерес представляют социальные контакты шизоидов. Им свойственна социальная инверсия, а внешние контакты, по большей части, не нужны. Сенситивные шизоиды, обычно, сохраняют эмоциональную привязанность к одному из родственников, имеют одного-двух друзей, к которым весьма привязаны, так как те вполне терпимо относятся к их чудачествам. Обычно пациенты играют подчиненную роль ведомых и опекаемых. Совсем другой тип социальных контактов у эмоционально холодных шизоидов — они поражают исследователя огромным количеством социальных связей. Но присмотревшись внимательнее, приходится констатировать, что эти связи крайне непрочны, поверхностны, формальны, построены, по большей части, на меркантильной основе.

Практическая деятельность сенситивных шизоидов часто узко направлена и малопродуктивна. Она нередко замещается странным коллекционированием, увлечением абстрактной музыкой или живописью и вообще тем, что мы называем арт-искусством (искусством для искусства). Экспансивные шизоиды, напротив, весьма деятельны, выдают много продукции, но она весьма специфична, не приносит никакой пользы обществу и, по большей части, оказывается бессмысленной. Конечно, возможны отдельные всплески талантливой и значимой деятельности, но такие факты все-таки исключение. Таким образом, мы должны признать, что у шизоидов энергетический потенциал формально не снижен, но не приносит пользы ни пациенту, ни обществу, т. к. направлен в узкую и весьма специфичную область практики. Интересно заметить, что, если в молодости шизоиды поражают широтой приобретаемых знаний, то в зрелом возрасте онтогенетическое развитие у них как бы приостанавливается, а накопление опыта, если и происходит, то, как правило, в очень узкой сфере знаний и практики.

Подытоживая все выше сказанное, можно отметить у шизоидов снижение или даже извращение эмоционального резонанса, вычурное и необычное мышление, нередко с элементами деперсонализаций, резко ограниченные социальные контакты как по нуклеарному, так и перинуклеарному типу. Видна малая продуктивность практической деятельности, отражающая низкий энергетический потенциал, неадекватно замедленное онтогенетическое развитие в зрелом возрасте. Внимательно присмотревшись, мы убеждаемся, что это всё — признаки снижения личности по эндогенно-функциональному типу, прослеживаемые с детства, но характеризующиеся малой прогредиентностью.

Если проследить этапы становления шизоидной психопатии (В. Я. Гиндикин), то выяснится, что пациенты с детства отличались от сверстников ранним психическим развитием, своеобразными и не всегда понятными эмоциональными реакциями, интравертированностью, безудержным фантазированием, ранними детскими страхами (Г. Е. Сухарева). В школьном возрасте перечисленные качества усиливаются, к ним добавляются сверхценные образования, дисморфофобии, дисморфомании, периодические атипичные депрессии в ответ на, казалось бы, обычные жизненные трудности. К 18–20 годам состояние относительно стабилизируется, но постепенно и медленно снижается энергетический потенциал, замедляется онтогенетическое развитие, нарастает холодность, отгороженность и интравертированность. В периоде обратного развития вновь возможны декомпенсации, но уже, чаще, в виде достаточно необычных истерических или ипохондрических депрессий со сверхценными образованиями.

Приходится в очередной раз задавать все тот же вопрос. Где те качественные отличия, которые позволили бы отдифференцировать вялотекущий эндогенный процесс от шизоидной психопатии? По-видимому, это задача нового поколения психиатров.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

med.wikireading.ru

Клинические варианты психопатии. Шизоидные психопатии

Группа шизоидных психопатов. Наиболее типичными признаками шизоидной психопатии являются аутизм и оторванность от реальности, неспособность формировать привязанности и, отсюда, узкий круг близких людей, равнодушие ко многим сторонам жизни  и обеднение эмоций, неумение выражать свои чувства, неразвитость эмпатии и чувства юмора. Интересы, увлечения и род занятий шизоидных психопатов весьма своеобразны: их выбор связан не с влиянием окружающих или тем, что требует и ценит общество, а, скорее всего, с фантазиями, которые для пациентов могут быть более значимыми, нежели происходящее в реальности.

Шизоид все время может посвящать бесполезным и никому не нужным вещам, оставляя без внимания насущные потребности и проблемы. Шизоиды способны глубоко переживать общечеловеческие ценности и страдать за судьбу человечества, но конкретные люди с их заботами, радостями и несчастиями их волнуют обычно мало. Считается, что шизоиды бесчувственны к похвалам и порицаниям, однако это не совсем так. Все зависит от того, как шизоиды их воспринимают и оценивают. Их может огорчить похвала и обрадовать порицание, если в их причудливой интерпретации они связываются с непонятными для других ценностями.

Внешне шизоиды обычно неловки, неуклюжи, угловаты, их одежда и прическа не рассчитаны на внимание окружающих, чаще они совершенно равнодушны к тому, как выглядят и оставляют впечатление людей, для которых мода ничего не значит. Иногда внешним видом они хотят выразить преданность каким-то важным дня них идеям, например свои политические симпатии. Им трудно найти общий язык с другими людьми, которые для шизоидов существуют как бы в ином смысловом измерении. Своеобразно и мышление шизоидов.

Они склонны расставлять не всегда понятные или близкие окружающим логические акценты и воспринимать окружающее в неожиданной перспективе, их рассуждения часто носят отвлеченный, «заумный» характер. Пишут они сложно, громоздко, туманно, как бы не стремясь к тому, чтобы их понимали, их речь может быть витиеватой, лишена простоты и ясности, иногда изобилует логическими несообразностями, а по стилю порой приближается к книжной, не пригодной для диалога. Ментальные структуры пациентов в силу отчуждения последних от социума представляют образования, составленные из смеси реальных впечатлений и плодов воображения. Законы социальной психологии на шизоидов не распространяются.

В своей профессиональной деятельности шизоиды предпочитают занятия, когда приходится оперировать схемами, символами, отвлеченными понятиями, расчетами, компьютерными программами, текстами. Работа в коллективе, предполагающая постоянное общение, шизоидов не привлекает или кажется им отталкивающей.

Шизоидные психопаты — неоднородная группа индивидов. Существует тип креативных шизоидов, которые способны добиться значительных высот в философии, науке, художественном, обычно формальном творчестве. При этом они столь глубоко погружаются в соответствующую деятельность, что своей личной жизни почти не уделяют внимания, часто остаются одинокими и бездетными. Существуют «чудаки» — «люди со странностями», непредсказуемыми решениями и поступками, странными увлечениями и занятиями, эксцентрическими выходками. Встречаются эмоционально холодные, «бесчувственные» шизоиды с почти полным отсутствием просоциальных тенденций, способности к состраданию.

Преследуя какие-нибудь свои цели, они могут быть очень жестокими или, лучше сказать, безжалостными. К шизоидам вплотную примыкают мечтатели — психопаты, проживающие свою настоящую жизнь в воображении, в мире фантазий. Они не в состоянии адаптироваться к реальной жизни из-за своей бездеятельности, отсутствия живых интересов, притягательных целей, способности отражать вызовы реальности. Наконец, существует тип шизоидов-мизантропов, принявших или построивших собственные теории о неисправимой порочности человека. Есть немало произведений литературы, поэзии, науки и изобразительного искусства, создание которых мотивировано стремлением дискредитировать человека, всячески его принизить, представить в облике исчадия ада.

Счастливая личная жизнь шизоидам удается исключительно редко. Сексуальная жизнь многих шизоидов не привлекает, они редко пылают любовной страстью. Другие шизоиды не в состоянии поддерживать нормальные сексуальные отношения. Склонность к фантазированию способствует формированию у них разного рода половых отклонений. Шизоидов мало интересуют власть, богатство, карьера, слава, наслаждения, их образ жизни часто приближается к аскетическому. Шизоиды — внутренне противоречивые натуры.

Их могут одолевать несовместимые тенденции, представления, отношения и чувства. Они могут быть крайне негативистичными и в то же время очень внушаемыми, безучастными  и раздражительными, эмоционально холодными и сверхчувствительными, капризно избирательными в своих симпатиях и равнодушными. Им очень часто изменяет чувство меры, нередко они максималисты, как бы остановившиеся в своем развитии в юношеском возрасте. В целом шизоиды любят все-таки только самих себя. Будучи эгоистами, они, кроме того, держатся чрезвычайно высокого мнения о себе, своих способностях и редко умеют «ценить по-настоящему других людей, даже если относятся к ним хорошо» (П.Б.Ганнушкин).

Иллюстрация (из Карсон и др.). Пациент Д., 33 года, высокоодаренный, обладающий высоким уровнем интроверсии, компьютерный аналитик, был направлен на психологическое освидетельствование своим врачом. Врач опасался, что Д., возможно, несчастен    и страдает депрессией. Недавно по совету начальника Д. отправился к врачу в связи с довольно расплывчатыми жалобами соматического порядка и общим мрачным взглядом на жизнь. Д. практически не общался с людьми. Он жил один, работал в маленьком офисе самостоятельно. На работе, как правило, он также ни с кем не виделся, если не считать эпизодических визитов начальника, который приходил, чтобы дать ему новое задание и забрать готовые программы. Ланч он съедал в одиночестве. Раз в неделю, в погожие дни Д. отправлялся в зоопарк во время обеденного перерыва.

Всю свою жизнь Д. сторонился людей. В детстве у него было мало друзей. Он всегда предпочитал семейным вылазкам уединенные занятия (из пяти детей он был старшим). В средней школе он никогда не встречался с девочками, а в годы студенчества лишь однажды оказался в женском обществе — в компании студентов, после спортивного матча. Правда, Д. активно занимался спортом и был членом футбольной команды в школе и колледже. Когда он был студентом, много общался с одним относительно близким другом, главным образом вместе выпивали. Теперь, однако, этот друг жил в другом городе.

Д. как о чем-то само собой разумеющемся рассказал, что ему было трудно завести друзей, он никогда не умел поддержать беседу. Несколько раз он собирался подружиться   с другими людьми, но просто не мог подобрать нужных слов, и «беседа замирала». Д. сообщал, что впоследствии подумывал изменить свою жизнь, чтобы стать «позитивнее», но эта затея никогда не казалась ему достойной трудов. Ему было легче оставить все как есть, потому что стоило кому-нибудь с ним заговорить, как он терялся. Он был счастлив, когда оставался один.

К содержанию

psyclinic-center.ru

ФГБНУ НЦПЗ. ‹‹Психопатии и акцентуации характера у подростков››

Название «шизоид» распространилось благодаря Е. Kretschmer (1921). Иные наименования этого типа характера: «странные и чудаки» [Kraepelin E., 1915], «патологически замкнутые», «аутистические психопаты» [Asperger H., 1944] и др.— употребляются значительно реже.

Наиболее существенными чертами данного типа считаются замкнутость, отгороженность от окружающего, неспособность или нежелание устанавливать контакты, снижение потребности в общении. Сочетание противоречивых черт в личности и поведении — холодности и утонченной чувствительности, упрямства и податливости, настороженности и легковерия, апатичной бездеятельности и напористой целеустремленности, необщительности и неожиданной назойливости, застенчивости и бестактности, чрезмерных привязанностей и немотивированных антипатий, рациональных рассуждений и нелогичных поступков, богатства внутреннего мира и бесцветности его внешних проявлений — все это заставило говорить об отсутствии «внутреннего единства». H. Asperger (1944) обратил внимание на недостаток интуиции как на главную черту этого типа характера. Под интуицией здесь следует понимать прежде всего пользование неосознанным прошлым опытом.

Шизоидные черты выявляются в более раннем возрасте, чем особенности характера всех других типов. Неслучайно шизоидный тип характера подробно описан в трудах и руководствах по детской психиатрии.

С первых детских лет поражает ребенок, который любит играть один, не тянется к сверстникам, избегает шумных забав, предпочитает держаться среди взрослых, иногда подолгу молча слушая их беседы. К этому может добавляться какая-то недетская сдержанность в проявлении чувств, которая воспринимается как холодность.

Подростковый возраст является самым тяжелым для шизоидной психопатии. Нам представляется ошибочным суждение о благополучии подросткового периода у шизоидов, построенное на анамнезах, собранных у взрослых и даже у пожилых лиц, страдающих шизоидной психопатией [Мазаева Н. А., 1974]. Надо иметь в виду малую точность анамнеза как метода для ретроспективной оценки собственного поведения, невольного стремления приукрашивать свои юные годы у немолодых людей. Динамические наблюдения показывают, что с началом пубертатного периода шизоидные черты усиливаются [Наталевич Э. С., Мальцева М. М., 1979].

С наступлением полового созревания все черты характера выступают с особой яркостью. Замкнутость, отгороженность от сверстников бросаются в глаза. Иногда духовное одиночество даже не тяготит шизоидного подростка, который живет в своем мире, своими необычными для других интересами и увлечениями, относясь со снисходительным пренебрежением или явной неприязнью ко всему, что наполняет жизнь других подростков. Но чаще все же шизоидные подростки сами страдают от своего одиночества, неспособности к общению, невозможности найти себе друга по душе.

Неудачные попытки завязать приятельские отношения, мимозоподобная чувствительность в моменты их поиска, быстрая истощаемость в контакте («не знаю, о чем говорить») нередко побуждает таких подростков к еще большему уходу в себя.

Недостаток интуиции проявляется отсутствием «непосредственного чутья действительности» [Ганнушкин П. Б., 1933], неумением проникнуть в чужие переживания, угадать желания других, почувствовать неприязненное отношение к себе или, наоборот, симпатию и расположение, уловить тот момент, когда не надо навязывать свое присутствие и когда, наоборот, надо выслушать, посочувствовать, не оставлять собеседника с самим собой. Один из шизоидных подростков сказал об этом: «Я никогда не знаю, любят меня или ненавидят, если об этом мне прямо не скажут!»

К недостатку интуиции следует добавить тесно с ним связанную неспособность к сопереживанию — неумение разделить радость и печаль другого, понять обиду, почувствовать чужое волнение и беспокойство. Иногда эту особенность обозначают как слабость эмоционального резонанса.

Недостаток интуиции и неспособность сопереживания обусловливают, вероятно, то, что называют холодностью шизоидов. Их поступки могут казаться жестокими, но они связаны с неумением «вчувствоваться» в страдания других, а не с желанием получить садистическое наслаждение, как у эпилептоидов.

Ко всем этим недостаткам можно добавить еще неумение убеждать своими словами других.

Внутренний мир шизоида почти всегда закрыт от посторонних взоров. Лишь иногда и перед немногими избранными занавес внезапно приподнимается, но никогда не до конца, и столь же внезапно может вновь упасть. Шизоид скорее раскрывается перед людьми малознакомыми, даже случайными, но чем-то импонирующими его прихотливому выбору. Но он может навсегда оставаться скрытой, непонятной вещью в себе для близких или тех, кто знает его много лет. Богатство внутреннего мира свойственно далеко не всем шизоидным подросткам и, конечно, связано с определенным интеллектом или талантом. Поэтому далеко не каждый из шизоидов может послужить иллюстрацией слов Е. Kretschmer (1921) о подобии их «лишенным украшений римским виллам, ставни которых закрыты от яркого солнца, но в сумерках которых справляются роскошные пиры». Однако во всех случаях внутренний мир шизоидов бывает заполнен увлечениями и фантазиями.

Фантазируют шизоидные подростки про себя и для самих себя. Они вовсе не любят распространяться о своих грезах и мечтаниях перед окружающими. Они не склонны также перемешивать обыденную жизнь с красотами своих выдумок. Шизоидные фантазии либо служат утешению своей гордости, либо носят эротический характер. Они явно могут играть роль психологической защиты — в трудных для шизоида ситуациях его склонность к фантазированию усиливается.

Недоступность внутреннего мира и сдержанность в проявлении чувств делают непонятными и неожиданными для окружающих многие поступки шизоидных подростков, ибо все, что им предшествовало,— весь ход переживаний и мотивов — оставалось скрытым. Некоторые выходки действительно носят печать чудачества, но, в отличие от истероидов, они вовсе не представляют собой спектакля, разыгрываемого с целью привлечь к себе всеобщее внимание. Реакция эмансипации нередко проявляется весьма своеобразно. Шизоидный подросток может долго терпеть мелочную опеку в быту, подчиняться установленному распорядку жизни, но реагировать бурным протестом на малейшую попытку вторгнуться без позволения в мир его интересов, фантазий, увлечений. Вместе с тем реакция эмансипации может легко оборачиваться социальной нонконформностью — негодованием по поводу существующих правил и порядков, насмешек над распространенными идеалами, интересами, злопыхательством по поводу «отсутствия свободы». Подобного рода суждения могут долго и скрытно вынашиваться и неожиданно для окружающих реализоваться в публичных выступлениях или решительных действиях. Зачастую поражает прямолинейная критика других лиц без учета ее последствий для самого себя. При обследовании с помощью ПДО нередко проявляются и низкая конформность, и сильная реакция эмансипации.

Реакция группирования внешне выражена довольно слабо. Как правило, шизоидные подростки стоят особняком от компаний сверстников. Их замкнутость затрудняет вступление в группу, а их неподатливость общему влиянию, общей атмосфере, их неконформность не позволяет ни слиться с группой, ни подчиниться ей. Попав же в подростковою группу, нередко случайно, они всегда остаются в ней на особом положении. Иногда они подвергаются насмешкам и даже жестоким преследованиям со стороны других подростков, иногда же благодаря своей независимости, холодной сдержанности, неожиданному умению постоять за себя они внушают уважение и заставляют соблюдать дистанцию. Но успех в группе сверстников может оказаться одним из сокровенных желаний шизоидного подростка. В своих фантазиях он творит подобные группы, где занимает положение вождя и любимца, где чувствует себя свободно и легко и получает те эмоциональные контакты, которых ему недостает в реальней жизни.

Увлечения у шизоидных подростков обычно выступают ярче, чем псе другие поведенческие реакции этого возраста. Увлечения нередко отличаются силой, устойчивостью и необычностью. Чаще всего приходится встречать интеллектуально-эстетические хобби. Большинство шизоидных подростков любят чтение, K. IHIII поглощают запоем, чтение предпочитают другим развлечениям. Выбор для чтения может быть строго избирательным — только определенный жанр литературы, только определенная эпоха из истории, определенное течение в философии и т. п. Ю. А. Скроцкий (1980) отметил пристрастие к изучению биографий. Вообще в интеллектуально-эстетических хобби поражает прихотливость выбора предмета. У современных подростков приходилось встречать увлечение санскритом, китайскими иероглифами, срисовыванием порталов соборов и церквей, генеалогией царского дома Романовых, сопоставлением конституций разных государств и разных времен и т. д. Все это никогда не делается напоказ, а только для себя. Увлечениями делятся с немногими, если встречают искренний интерес и понимание собеседника. Часто увлечения таят, боясь непонимания и насмешек. При менее высоком уровне интеллекта дело может сводиться к менее изысканным, но не менее странным увлечениям. Коллекции шизоидных подростков, иногда уникальные, иногда поражающие своей никчемностью, также более с тужат цели изощренных интеллектуальных или эстетических потребностей, чем просто жажде накопительства. Один подросток, например, собирал дуплеты из открыток с репродукциями картин известных художников и почтовых марок с изображением тех же картин.

На втором месте стоят хобби мануально-телесного типа. Неуклюжесть, неловкость, негармоничность моторики, нередко приписываемая шизоидам, встречается далеко не всегда, а упорное стремление к телесному совершенствованию может сгладить эти недостатки. Систематические занятия гимнастикой, плаванием, езда на велосипеде, упражнения йогов обычно сочетаются с отсутствием интереса к коллективным спортивным играм. Место увлечений могут занимать одиночные многочасовые пешие или велосипедные прогулки. Некоторым шизоидам хорошо даются тонкие ручные навыки: прикладное искусство, игра на музыкальных инструментах — все это также может составить предмет увлечений.

Реакции, связанные с формирующимся половым влечением, на первый взгляд, могут как будто совсем не проявляться. Внешняя «асексуальность», демонстративное презрение к вопросам половой жизни нередко сочетается с упорным онанизмом и богатыми эротическими фантазиями. Эти фантазии питаются случайными сведениями и легко включают перверзные компоненты. Болезненно чувствительные в компании, неспособные на флирт и ухаживание и не умеющие добиться сексуальной близости в ситуации, где она возможна, шизоидные подростки могут неожиданно для других обнаружить сексуальную активность в самых грубых и противоестественных формах — часами сторожить, чтобы подглядеть чьи-то обнаженные гениталии, эксгибиционировать перед малышами, онанировать под чужими окнами, откуда на них смотрят, вступать в связь со случайными встречными, назначать свидания по телефону незнакомым людям «на один раз». Свою сексуальную жизнь и сексуальные фантазии шизоидные подростки глубоко таят. Даже когда их поступки обнаруживаются, они стараются не раскрывать мотивов и переживаний.

Алкоголизация среди шизоидных подростков встречается довольно редко. Большинство из них не любят спиртные напитки. Опьянение не вызывает у них выраженной эйфории. Уговорам товарищей, питейной атмосфере компаний они легко противостоят. Однако некоторые из них находят, что небольшие дозы алкоголя, не вызывая эйфории, могут облегчить установление контактов, устраняют затруднения и чувство неестественности при общении. Тогда легко образуется особого рода психическая зависимость — стремление регулярно использовать небольшие дозы алкогольных напитков, часто крепких, с целью «побороть застенчивость» и облегчить контакты. Употребление алкоголя в качестве подобного «коммуникативного допинга» может осуществляться как с приятелями, так и в одиночку. Например, 15-летний шизоидный подросток тайком хранил в своей постели бутылку коньяка и каждое утро прикладывался к ней, чтобы «свободно чувствовать себя в школе».

Не меньшую угрозу, чем алкоголь, для шизоидных подростков представляют другие дурманящие вещества. Некоторые из них, особенно летучие, «льют воду на мельницу» шизоидных фантазий, делая их более чувственными и красочными.

Суицидальное поведение шизоидам не свойственно — шизоидность, видимо, не располагает к подобному способу решения жизненных трудностей. Демонстративные суицидные попытки [Леденев Б. А., 1981] бывают при смешанном шизоидно-истероидном типе. На психические травмы, конфликтные ситуации, положения, где к шизоидной личности предъявляются непосильные для нее требования, реакция проявляется ещ« большим уходом в себя, в свой внутренний мир глубоко затаенных фантазий. Другим проявлением подобной же реакции шизоидного подростка может быть усиленное сосредоточение на каком-либо увлечении, притом в обстановке, которая для этого окружающим кажется совершенно неподходящей. Например, 17-летний подросток, ухаживая за умирающей от рака матерью и буквально не отходивший от ее постели, тут же около нее изучал по самоучителю итальянский язык. Та же реакция на трудности может выявляться неожиданными, вычурными, порою жестокими поступками. Острые аффективные реакции у шизоидных подростков чаще всего бывают импунитивного (бегство из аффектогенной ситуации) или экстрапунитивного типа.

Делинквентность при шизоидном типе характера встречается нечасто, при этом в самом делинквентном поведении явственно выступают шизоидные черты. Обследуя подростков-беспризорников 20-х годов, Н. И. Озерецкий (1932) отметил, что шизоиды предпочитают воровать в одиночку, выбирают воровскую «профессию», требующую искусных навыков (например, кража денег из внутренних карманов или умение влезть в квартиру через форточку). Шизоидные подростки, не будучи склонны к групповой делинквентности, могут совершать серьезные правонарушения «во имя группы», желая, чтобы «группа признала своим». В одиночку также совершаются сексуальные правонарушения (эксгибиционизм, развратные действия над малолетними, сексуальная агрессия). Кражи могут носить особый характер (во имя «восстановления справедливости», хищение уникальных предметов для восполнения недостающего в собираемой коллекции и т. п.). Иногда делинквентному поведению и серьезным правонарушениям предшествует прием небольшой дозы алкоголя в качестве «допинга», но настоящего алкогольного опьянения не бывает.

По наблюдению нашего сотрудника А. А. Вдовиченко, шизоидные подростки, склонные к делинквентности, попадали в поле зрения милиции гораздо позже, чем делинквентные подростки с другими типами акцентуации характера. Они действовали в одиночку, умели скрывать свои поступки, не искали сообщников, хорошо обдумывали свои действия. Кражи предпочитали совершать при помощи собственноручно изготовленных отмычек, искусного выпиливания дверных замков и тому подобных «приемов».

Самооценка шизоидов отличается признанием того, что связано с замкнутостью, одиночеством, трудностью контактов, непониманием со стороны окружающих. Отношение к другим проблемам оценивается гораздо хуже.

Противоречивости своего поведения шизоиды нередко не замечают или не придают этому значения. Любят подчеркивать свою независимость и самостоятельность.

Соматические признаки, которые со времен Е. Kretschmer (1921) считаются свойственными шизоидам (астеническое телосложение, дряблая мускулатура, сутулая фигура, длинные ноги и высокий таз, слабо развитые гениталии, угловатость движений) у современных подростков можно видеть далеко не всегда. Акселерация развития и связанные с нею эндокринные сдвиги мог} т искажать эти черты, обусловливая, например, избыточную полноту или раннее и сильное сексуальное развитие.

С момента описания шизоидной психопатии было обращено внимание на ее сходство с некоторыми формами шизофрении, в частности с вялотекущей ее формой и с картиной дефекта после перенесенного шизофренического приступа. Это дало основание некоторым авторам вообще усомниться в существовании шизоидной психопатии как конституциональной аномалии характера, а все, что описывалось под ее названием, трактовать как дефект после приступа шизофрении, прошедшего незамеченным или случившегося в раннем детстве, или как «латентную» шизофрению. В итоге в прошлые десятилетия был период, когда шизоидная психопатия почти перестала диагностироваться и ее выраженные случаи стали рассматриваться как вялотекущая шизофрения, а шизоидные акцентуации с хорошей социальной адаптацией служили поводом для подозрений в отношении «латентной шизофрении». Со второй половины 70-х годов положение изменилось, и шизоидный тип характера как вариант конституциональной аномалии вновь получил признание.

Подростковый возраст создает особые трудности для дифференциальной диагностики шизоидной психопатии и вялотекущей шизофрении. Пубертатное заострение шизоидной психопатии может быть принято за начавшийся процесс или за новый «шуб», и, наоборот, дебют шизофрении может маскироваться подростковыми нарушениями поведения. Подробнее эта проблема рассматривается в гл. VII.

При психопатии все основные признаки шизоидности: замкнутость, отгороженность от людей, недостаток интуиции и сопереживания, уход в мир фантазий и увлечений — достигают крайности. Однако при умеренной степени шизоидной психопатии довольно часто обнаруживается возможность удовлетворительной адаптации, но в жестко ограниченных рамках. В этих условиях в узкой области могут даже достигаться значительные успехи (например, в области некоторых точных наук, занятиях прикладным искусством, игре в шахматы и т. п.), но при этом в обыденной жизни может обнаруживаться удивительная неприспособленность. При тяжелой психопатии дезадаптация иногда проявляется в стремлении полностью отгородиться от людей и жить только в своем фантастическом мире.

Владимир Б., 14 лет Единственный сын с дружной интеллигентной семье С детства замкнут, не любил шумных игр, в детском саду всегда играл один в стороне от ребят пли внимательно наблюдал, как играют другие дети. В школу пошел неохотно, в первые месяцы учебы появились тики. Когда привык к классу и учительнице, тики прошли. Учился удовлетворительно. Имел одного товарища, но близкой дружбы не было. С первых классов школы жил увлечениями. Собрал большую коллекцию бабочек, затем мастерил самострелы, игрушечные лодки с моторчиками, паровой двигатель Расспрашивал своего отца — инженера по профессии — об устройстве разных машин. Любил размышлять над возможностями разных изобретений.

В 12 лет родители отправили его в пионерский лагерь. Через несколько дней оттуда сбежал. Трое суток один шел лесом в город домой («не было денег на поезд»). Питался ягодами, один ночевал в лесу, обходил поселки, боясь, что его ищут и вернут обратно. В лагере воспитатели побег считали беспричинным — ни ссор, ни наказаний не было, убежал после того, как велели идти мыться в баню. В 14 лет был переведен в другую школу. Попал в класс, где властвовала компания хулиганов. Убежал из дому на пустовавшую дачу, принадлежавшую их родственникам; там скрывался несколько суток. Когда был наивен, причин побега никому не объяснил, отмалчивался, замкнулся. Был отправлен на обследование в подростковую психиатрическую клинику.

Во время беседы сперва был сдержан и немногословен, но затем охотно разговорился о своих увлечениях. Обнаружил хорошие знания техники, подтвердил, что мечтает стать изобретателем новых машин. Но свои поделки оценил весьма критически, сам назвал их «детскими игрунками». Затем по своей инициативе очень эмоционально рассказал о причине своих побегов. Всегда было трут, но знакомиться с новыми ребятами, среди взрослых чувствовал себя спокойнее. В лагере оказался выбитым из колеи. С детства стеснялся раздеваться при посторонних — поэтому убежал из бани (раньше никогда в общественных банях не бывал, и не знал что там моются голыми в присутствии других). Ему пригрозили наказанием и тем, что его вымоют насильно. Тогда решился убежать. Второй побег был вызван тем, что в школе над ним издевались хулиганы: в туалете пытались раздеть, приставали с сексуальными притязаниями, грозили избить. Никому об этом не рассказывал — стыдно было, что не смог постоять за себя. Бросил ходить на занятия: дома об этом не знали, часы уроков проводил на улице или в кино. Когда обнаружились прогулы, директор школы пригрозил отправить его в интернат. Испугался и убежал из дому прятаться на дачу. К родителям отношение теплое, особенно привязан к отцу. Сознался, что очень любит фантазировать «про себя» на темы изобретений или о том, о чем «стыдно говорить». В клинике подружился со спокойным, сдержанным мальчиком, также увлекающимся техникой.

При неврологическом осмотре — легкая асимметрия лицевой иннервации и сухожильных рефлексов. На ЭЭГ — без существенных отклонений. Физическое развитие — по возрасту, но сексуальное — с выраженной акселерацией (соответствует возрасту 16—17 лет).

Обследование с помощью ПДО. По шкале объективной оценки — диагностирован выраженный шизоидный тип. Имеются признаки, у называющие на возможность формирующейся психопатии. Конформность и реакция эмансипации умеренные. Отмечено выраженное отрицательное отношение к алкоголизации. По шкале субъективной оценки самооценка удовлетворительная- выступили шизоидные и меланхолические черты, достоверно отвергаются «черты гипертимные и циклоидные (самооценка свидетельствует не только о шизоидности, по и о возможном субдепрессивном состоянии).

Диагноз. Шизоидная психопатия умеренной степени.

Катамнез через 1 год. Был переведен в другую школу. Учится удовлетворительно, однако с интересом и успехом занимается только физикой и алгеброй. Остается замкнутым, друзей не имеет, побегов больше не совершал.

Шизоидный тип психопатий у подростков мужского пола является самым частым после эпилептоидного — 19 % (см. табл. 3). При этом случаи «чистых» шизоидов в большинстве были расценены как психопатии тяжелой или выраженной степени. В умеренных случаях социальная дезадаптация бывала парциальной — срыв наступал либо дома при благополучии по месту учебы или работы, либо в школе или на работе при удовлетворительной адаптации в семье.

Шизоидные акцентуации обычно не ведут за собой ни социальной дезадаптации, ни тяжелых нарушений поведения, ни невротических расстройств. Поэтому эти подростки редко попадают под наблюдение психиатра. Так, в общей популяции подростков мужского пола (см. табл. 3) шизоидная акцентуация установлена в 9 %, а среди поступивших в психиатрический стационар с непсихотическими нарушениями — в 7 %.

Скрытая шизоидная акцентуация может обнаруживаться, если ситуация предъявляет непосильные для данного типа характера требования — например, быстро установить широкий круг неформальных и достаточно эмоциональных контактов. Шизоиды также срываются, когда к ним настойчиво и бесцеремонно «лезут в душу».

Андрей А., 18 лет. В детстве, в школьные годы, во время учебы в педагогическом училище не обнаруживал каких-либо заметных особенностей характера. Был в меру общителен, имел приятелей, не чуждался компаний, участвовал в общественной работе. По окончании училища был направлен на работу, но не учителем, как ожидал, а старшим пионервожатым в загородную школу-интернат Сразу обнаружил, что эта работа, требовавшая большой общительности, умения лидерствовать, оказалась не по нему. Тяготился ею, не мог найти контакта с учениками Один из старших педагогов, вызывавший у пего неприязнь, стремился опекать ею, претендовал на роль духовного наставника Стал сторониться его, a затем и других учителей, замкнулся, ушел в себя, стал нелюдимым, избегал даже встреч с прежними приятелями, чтобы «не рассказывать о себе и своей работе». После работы часами бродил в одиночку по округе, мечтая об интересной жизни. Хотелось бы быть вдали от людей — попасть на необитаемый остров или служить лесником в уединенном месте, в то же время понимал никчемность этих желаний. Свои переживания лишь однажды открыл случайному попутчику, который непонятно чем ему понравился Вскоре ему предложили заменить заболевшего учителя. За несколько дней преобразился, установил контакты и с учениками, и с учителями, стал охотно принимать участие в общественных мероприятиях, возобновил дружбу с прежними товарищами.

Катамнез через 6 лет. Продолжает учительскую работу, хорошо с ней справляется. Закапчивает заочное отделение педагогического института.

Еще Е. Kretschmer (1921), описывая шизоидный тип, выделил его экспансивный и сенситивный варианты. Последний, как указывалось, правильнее рассматривать как тип особый, принадлежащий к широкой группе астенических психопатий и акцентуаций, так как замкнутость здесь вторичная, компенсаторная. Тем не менее среди шизоидов встречаются как стеничные, так и астенические личности. Разнообразие шизоидных проявлений может быть столь велико, что число описываемых вариантов могло оказаться двузначным. Поэтому представляется целесообразным констатировать сочетание шизоидности с чертами других типов — сенситивного, психастенического, эпилептоидного, истероидного, неустойчивого. Главная основа характера, его ядро при этом всегда остается шизоидным.

Шизоидная психопатия, видимо, является одной из наиболее эндогенно обусловленных. Недостатки воспитания в развитии самих шизоидных черт характера имеют вспомогательное значение. Считается, что доминирующая гиперпротекция способна усугубить шизоидные черты, однако чаще приходится наблюдать, что неправильное воспитание обусловливает наслоение на шизоидное ядро черт другого типа: при потворствующей гиперпротекции — истероидного, при господстве вокруг жестоких взаимоотношений — эпилептоидного, при гипопротекции, отдавшей подростка во власть асоциальных компаний,— неустойчивого.

ncpz.ru

кто такой шизоид и что о нем следует знать?

Акцентуации характера — это маркеры человеческой личности и поведения. Если говорить проще, речь идет о развитии определенного склада, психотипа. Характер влияет на поведение и всю повседневную жизнь человека. «Хороших» и «плохих» акцентуаций не бывает. Говорят лишь о тех или иных трудностях и особенностях конкретного типа личности.

Акцентуация, в том числе шизоидная, проходит несколько этапов формирования.

  • Неразвитая личность. Как правило, в этом состоянии находятся дети до 5-7 лет. Поскольку преобладают стереотипные черты. Но уже отслеживаются некоторые особенности конкретного характера, хотя пока еще они в зачаточном состоянии и очень фрагментарны и не создают единой картины.
  • Подростковые годы. В этом случае особенности характера постепенно складываются в единую систему. Уже в ранние подростковые годы, ближе к середине пубертата, просматриваются черты шизоидности. Появляются типичные признаки. Это не нарушение, однако, уже в этот период люди становятся чудаковатыми и несколько странными с точки зрения других.
  • Полноценная акцентуация. Развивается к 14-16 годам. Отдельные черты личности акцентируются, заостряются. Можно говорить о формировании полноценного характера.

Личность развивается и дальше. Как правило, шизоиды становятся еще более акцентуированными с годами. В старости и к зрелым годам это хорошо заметно со стороны. В зависимости от условий в которых существует человек, его состояние может развиваться двумя путями.

  • Усугубление шизоидности. Но еще на уровне клинической нормы. То есть патологией это состояние не считается, насколько бы выраженными не были черты. Пациент нормально функционирует в обществе, хотя и несколько ограниченно.
  • Шизоидная психопатия. Или как принято говорить в современной клинической практике — расстройство личности. Крайняя степень шизоидности. Сопровождается выраженными симптомами, которые можно описать как психопатологические. Такие люди крайне редко обращаются за медицинской помощью, хотя как раз в ней и нуждаются, причем в длительной и профессиональной.

Акцентуация развивается постепенно, по мере собственного развития личности человека. Это не одномоментный процесс. Одно вытекает из другого. Полноценная акцентуация складывается к среднему подростковому возрасту. Она становится хорошо заметна. Коррекция, как правило, не нужна. Все в рамках клинической нормы. Исключения требуют лечения.

Причины шизоидности

Акцентуации — это далеко не врожденная характеристика. Как гласят исследования, примерно на 70-80% особенности характера обусловлены внешними факторами. То есть окружающим миром, окружением человека. Соответственно, можно назвать группу факторов, провоцирующих особенности подобного развития личности.

  • Недостаточное внимание в детские годы

Ребенок, который не получает достаточного количества внимания и заботы рано приобретает условно взрослые черты личности, например, холодность, закрытость. Причина этому в осознании собственной ненужности. Подобные процессы вызывают бурю эмоций. Однако поскольку пациент незрелый, он не понимает, как с ними бороться. Отсюда попытка закрыть себя от эмоциональной перегрузки. Итогом становится закрытость, замкнутость, глубокая интроверсия, нежелание социальных контактов. В сравнительно легких случаях все заканчивается формированием стойкой акцентуации. В тяжелых — развивается психопатия.

  • Избыток внимания и заботы

Парадоксально, но столь же негативно на состоянии ребенка сказывается гиперопека. Как правило, она исходит от сердобольной матери, которая старается компенсировать ребенку недостаток отца. Матери-одиночки — не единственный негативный вариант окружения. Встречаются «нестандартные» отцы с таким же подходом. Поскольку родитель или старший родственник (например, бабушка) передают слишком мощный эмоциональный сигнал, чадо вынуждено закрываться. Особенно, если у него с рождения есть склонность к интроверсии. Это своего рода попытка отгородиться от сильного раздражителя. Результат примерно тот же. Но обычно формируется классический шизоид, а не человек с расстройством личности.

  • Психологическое насилие

Лица, которые в будущем приобретают шизоидную акцентуацию, отличаются крайней ранимостью. Они не обладают достаточной толстокожестью, чтобы переносить проблемы. С другой же стороны, психологическое насилие по отношению к ребенку само по себе губительно: защитные эмоциональные механизмы еще не получены. Да и сам маленький человек еще не способен защитить себя. Он в полной власти родителя-тирана. Выхода остается два. Или уходить в себя, тогда почти гарантированно пациент получит психопатию шизоидного плана, или же атаковать в ответ. Во втором случае формируется параноидная акцентуация. Часто обе эти акцентуации присутствуют в человеке, формируют смешанный характер.

  • То же самое можно сказать и о физическом насилии

Оно оказывает не меньшее влияние на характер человека. В то же время, насилие физическое идет рука об руку с психологическим. Отсюда вероятность комплексных проблем. Не на уровне акцентуации, а на уровне расстройства личности.

  • Взаимоисключающие установки

Как правило, источником таковых становится мать. Суть заключается в следующем. Ребенку говорят, что нужно сделать «что-то». При этом если он не сделает это «что-то» — будет наказан. Если сделает — тоже будет наказан. Стоит привести простой пример. Мать воспитывает дочку без отца. Ребенок плохо ест, отвлекается во время приема пищи и пр. Если дочка так и будет плохо есть — последует наказание за нерасторопность. Если же будет быстро есть — она наберет лишний вес и будет наказана за условную «прожорливость». Выходит, как ни действуй — последует наказание. Ситуация «ешь-не ешь» одна из тысяч. Возможны различные вариации на тему, по любой бытовой причине.

  • Недостаток коммуникации

Шизоиды по Юнгу — это максимально глубокие интроверты. Потому они изначально не склонны к общению. Если не происходит социализации, человек не приобретает коммуникативные навыки, это приводит сначала к развитию шизоидной акцентуации, а затем к полноценному прогрессированию процесса. Такие лица отличаются скромностью, нелюдимостью, не понимают подтекста социальных взаимодействий. В этом случае проблему нужно корректировать под контролем психолога и/или психотерапевта. Конечно, отсутствие нормальной социализации не гарантирует определенного характера. Но вероятность становится в несколько раз выше.

  • Органические факторы

Некоторые авторы указывают на особенности центральной нервной системы, ее функциональной активности. Также говорят об эндокринных факторах, развитии проблем со щитовидной железой, надпочечниками. Что в конечном итоге влияет на психику субъекта. Насколько верны эти догадки и предположения — сказать трудно. Нет ни доказательств, ни опровергающих фактов.

Шизоидный тип акцентуации характера — это особенность личности, которая хотя и имеет врожденную предрасположенность, все же обусловлена окружением. Не стоит путать шизоидность и шизофрению. Это два разных состояния. Понять разницу можно, если взглянуть в таблицу:

Проявления шизоидной акцентуации личности

Проявлений довольно много. Но их нельзя назвать патологическими. Это особенности характера и личности.

Аутизация

Не стоит понимать этот термин буквально. Понятие довольно широкое. Оно указывает на нежелание общаться с внешним миром, выходить за пределы зоны комфорта. Шизоиды изначально настроены аутично. Они недостаточно заинтересованы в социальном взаимодействии, трудно идут на контакт. Еще хуже обстоит дело со средним и близким кругом отношений. То есть возникают трудности в дружбе, любовных, романтических отношениях. Но, как правило, пациентов это не сильно тревожит, поскольку они находят радость и смысл в самих себе.

Аутизация нарастает постепенно. По мере приобретения негативного социального опыта проявление может стать сильнее. Хотя это и не гарантированный исход.

Чтобы справиться с проблемой, нужно выходить «в люди», хотя шизоиду сделать это крайне непросто.

Социальная некомпетентность

Проявляется несколькими способами.

  • Пациент не может понять подтекста социальных отношений. Дарить цветы при встрече, жать руку, делать друг другу подарки. К чему это все? Цветы завтра же завянут, не ясно, что до этого трогал собеседник, подарки стоят больших денег, а часто удовольствия не приносят. Примерно такие рассуждения присутствуют у шизоида. Это предельно практичные люди, прагматики, по крайней мере, в социальном взаимодействии. Они идеально поддерживают формальные контакты, например, связанные с работой. Те, которые четко отстроены по ролям: я работник, он — мой начальник. Я ученик — это мой учитель.
  • Человек не понимает намеков, в том числе сексуального характера. Например, флирт. В то же время, отсутствие такого понимания делает проблематичным любое взаимодействие. Шизоид может и не понять, что тема, на которую он говорит, не интересна собеседнику. Потому общаться с шизоидом нужно прямо, без намеков и глубоких подтекстов. Выражать свои мысли и желания вербально, в разговоре. Это серьезно облегчает жизнь как человеку, так и вам самим.
  • Часто отсутствует чувство юмора. Или же оно настолько тонкое, что понятно не всем.
  • Полное или преимущественное отсутствие эмпатии. Отсюда непонимание уместности высказываний. Например, шизоид вполне может нанести серьезную обиду и даже не поймет в чем дело. Поскольку для него нет запретных тем или табу, на которые следовало бы ориентироваться в беседе. Отсюда конфузы и прочие неприятные ситуации.

Социальная некомпетентность приводит к одиночеству

С одной стороны, человек не может выстроить социальные взаимодействия. С другой, даже если у него это получится, пациент рискует остаться непонятым. Его признают занудой и чудаком. Контакт будет оборван.

Глубокая интроверсия

Как ни странно, но и сам шизоид не особо страдает от такого положения вещей. Зачем мне кто-то, если есть я сам? Типичный ход мысли человека с акцентуацией и тем более психопатией. Такие люди много времени проводят дома, за книгой или просмотром любимого сериала. Они искренне не понимают, зачем выходить в люди, ломать себя. Зрелые люди хорошо понимают свои проблемы, но не стремятся их решить. Если шизоид не слишком заботится о развитии, сам смысл жизни теряется. Многие моменты проходят мимо. В некоторых случаях это приводит к депрессии и суицидальным тенденциям. Также повышается вероятность шизофрении.

Слабость эмоций

Так называемый уплощенный аффект. В этом отношении шизоиды похожи на больных шизофренией. Однако степень нарушения в разы меньше. Как правило, нарушения эмоциональной сферы проявляются в конкретных ситуациях. Пример: человек приходит в магазин или больницу и ему хамит местный персонал. Шизоид в силу особенностей личности не станет бурно реагировать. Скорее всего, он не испытает и достаточно сильного гнева. По крайней мере, если имеет место чистая акцентуация. То же самое касается положительных эмоций: радости от проделанной работы, гордости после похвалы. У разных пациентов степень отклонения будет своей. Не обязательно интенсивной.

Часто развивается деперсонализация. Человек ощущает собственное «Я» постоянно. Через связь с объектами внешнего мира, через собственные мысли, внутренний голос. Шизоиды часто теряют такую связь. Не надолго, приступы деперсонализации продолжаются от нескольких минут до пары часов. Чаще всего проявление возникает у пациентов с психопатией.

Высокомерие

Не всегда, но подобное качество также встречается.

Внешняя безэмоциональность и холодность

Пациентов описывают как безэмоциональных и равнодушных. Это, конечно же, не так. Просто эмоции редко выходят за пределы психической сферы акцентуированного. Отсюда внешние проявления и ложные реакции на человека со стороны окружения.

Нарушения привязанности

Пожалуй, вторая по значимости проблема. Пациент успешно строит только далекие связи. Например, на уровне работника-работодателя или прочие, которые выделены по ролям. Средние дружеские и близкие любовные связи такой человек поддерживать не умеет. А  часто и не хочет. Поскольку акцентуированным присуща самодостаточность, граничащая с самоизоляцией.

Апатичность

У шизоидно-акцентуированных, как и у всех глубоких интровертов, присутствуют проблемы с энергией для жизни и деятельности. Потому, если пациент не умеет правильно расставлять приоритеты и организовать время, начинаются проблемы, вроде апатичности. И это не банальная лень. Это результат выгорания.

Пониженное сексуальное влечение

Часто либидо нет вообще. Асексуальность не единственная возможная особенность. Часто развиваются необычные фантазии, появляется склонность к фетишизму, перверсиям (отклонениям в сексуальном поведении). Вариантов может быть много.

Необычные интересы

У мужчины или женщины шизоида. Отличия несущественны. Речь идет о странных увлечениях. Часто подключается эзотерика во всех ее проявлениях. Так пациент с акцентуацией пытается удовлетворить свою потребность в непознанном. К слову, шизоидная акцентуация дает исследовательское направление интеллекту.

Нестандартное мышление

Шизоидный тип мышления сопровождается необычным дивергентным подходом. Шизоид систематично смотрит на предмет исследования, может взглянуть на его отдельные части. Как правило, интеллект такого человека хорошо развит.

Это всего лишь примерные характеристики шизоидного типа личности. На самом деле интенсивность будет разниться. Условно можно выделить шкалу от 1 до 10. Где 1 — легкая шизоидность, 10 — нарушение личности, психопатия. Проявления будут примерно одинаковыми. Но их интенсивность растет пропорционально числу и степени отклонения.

Разновидности шизоидов

В психологии шизоидов подразделяют по нескольким критериям.

По основанию характера, особенностей личности и поведения.

  • Экспансивный. Характеризуется эмоциональной холодностью, замкнутостью, неумением устанавливать личные отношения. В то же время, это крайне волевые люди, способные поставить на место любого. Они редко считаются с чьим-либо мнением. Отличаются высокомерием и некоторой наглостью, бесцеремонностью в поведении. Общаться с ними довольно трудно. Особенно, если имеет место психопатическая организация личности. Или же смешанный, шизоидно-истероидный тип личности.
  • Сенситивный. Встречается несколько чаще. Хуже переносит критику, не обладает толстокожестью. Мягкий и ранимый человек. Особенности личности не позволяют, что называется, «высовываться» и добиваться своих целей. Это вредные особенности характера.
  • Паранойяльный. Отличается от сенситивного более интенсивным развитием присущих качеств.

По типу акцентуации, ее чистоте:

  • Чистый тип. Признаки шизоидного типа личности выделены практически во всей своей красе. С другой стороны, чистые акцентуации практически не встречаются. Потому вероятность обнаружить такого пациента крайне мала.
  • Смешанный тип. Встречается куда чаще. Как правило, в характере превалируют 2-3 акцентуации. Они смешиваются в системе и создают особую неповторимую личность. Наиболее частые типы смешанных шизоидов это истероидо-шизоиды. Часто также встречается сочетание с эпилептоидом (это гремучая смесь).

Люди шизоидного типа не нуждаются в лечении, но некоторые качества личности все же нуждаются в проработке и коррекции. Так будет проще и самому человеку.

Может ли шизоид любить?

Да, это возможно. По крайней мере, на уровне акцентуации. У психопатически организованных личностей ответ на вопрос не столь очевидный. Все зависит от конкретного клинического случая. Главные качества, которые присущи подобным акцентуированным:

  • Верность и преданность в отношениях.
  • Готовность отдавать.
  • В то же время, некоторая холодность. Не стоит ожидать романтики и серенад под окном.
  • Зато любовь такого человека деятельна. Он проявляет ее не речами, а действиями. Это нужно учитывать.

Проблемы в том, что ни один из подтипов не проявляет свои чувства открыто. Также ему нужно личное пространство, чего, как правило, не бывает.

Шизоидность и работа

У ребенка и у подростков уже заметна склонность к одиночной деятельности. Индивиду подходят виды деятельности, которые не подразумевают активного взаимодействия с людьми. Например, программисты, ученые и т.д. Однако, при хорошей адаптации, ограничений нет. Гибкий и развитый интеллект окажется дополнительным подспорьем.

Диагностика

Применяется специальный тест-опросник. Например, по Леонгарду. Также другие адаптации. Благодаря этому методу можно обнаружить, в том числе, и психопатию. Проводится и устный опрос, беседа с пациентом. В целом же, распознать акцентуацию, и даже расстройство личности не трудно.

Адаптация в социуме: чем можно помочь человеку

Бороться с некоторыми чертами придется долгие месяцы, если не годы. Здесь работает правило «помоги себе сам». Придется работать с психологом или психотерапевтом. Основные направления будут такими:

  • Адаптация в социуме.
  • Выстраивание социальных контактов. Как правило, в рамках групповой психотерапии.
  • Преодоление замкнутости.
  • Понимание собственных эмоций.
  • Развитие способностей выражать эмоции и понимать чувства других.

Все это прорабатывается со специалистом.

ponervam.ru

Псевдопсихопатическая шизофрения — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Псевдопсихопати́ческая шизофрени́я или психопатоподо́бная шизофрени́я — форма шизофрении, проявляющаяся изменениями характера и соответствующими нарушениями поведения из-за текущего эндогенного процесса, напоминающими «конституциональную психопатию» (ныне — расстройство личности). Основная черта расстройства — психопатоподобное поведение.

При психопатоподобной форме вялотекущей шизофрении, согласно А. Е. Личко, может обнаруживаться схожесть с шизоидной, неустойчивой, реже истерической или эпилептоидной психопатией (по классификации психопатий П. Б. Ганнушкина)[1]. Однако это устаревшие данные, использующие старую классификацию как психопатий, так и названия психопатоподобной шизофрении. Термин «вялотекущая шизофрения» с переходом на МКБ-10 в России в 1997 году исчез из психиатрического употребления. Неустойчивой и эпилептоидной психопатии нет соответствия в МКБ-10.

Синдромы психопатоподобной формы шизофрении[править | править код]

Личко А. Е. (1979) были описаны следующие синдромы психопатоподобной формы у подростков[1]:

  • Истероидный синдром;
  • Синдром нарастающей шизоидизации;
  • Эпилептоидный синдром;
  • Синдром неустойчивого поведения.

Синдром нарастающей шизоидизации — наиболее частый[1]. При ней у индивида нарастает замкнутость, необщительность, охлаждаются чувства к близким родственникам, теряются друзья[1]. Личность становится всё более соответствовать шизоидному расстройству личности, с нарастанием тяжести личностного расстройства. Тем не менее снижения энергетического потенциала не наступает, а вместо абулии и апатии появляется напряжённая деятельность с необычными занятиями и увлечениями («патологическими хобби»)[1]. Отмечается озлобленность, когда мешают заниматься любимыми хобби, сами хобби — вычурные и необычные, при этом занятия индивида с психопатоподобной шизофренией непродуктивны[1].

Синдром неустойчивого поведения наиболее схож с гебоидным синдромом (гебоидофренией), который был описан Карлом Кальбаумом (1890), однако в случае синдрома неустойчивого поведения отсутствует такая быстрая деградация личности[1].

Проявляется псевдопсихопатическая шизофрения соответствующими нарушениями поведения: асоциальным поведением, немотивированной жестокостью и беспринципностью, нелепыми уходами из дома, расторможенностью влечений, странными увлечениями[2]. Отличие от расстройства личности заключается в том, что нарушения поведения не связаны отношениями в семье и воспитанием[2]. Болезнь появляется внезапно после периода благополучного развития в детстве[2]. Характерно прекращение отношений со всеми прежними друзьями и присоединение к асоциальной компании, употребление психоактивных веществ (наркотиков) и алкоголя, беспричинная ненависть к родителям[2]. Некоторые страдающие псевдопсихопатической шизофренией лица высказывают шокирующие человеконенавистнические, философские, религиозные или националистические идеи[2].

По мере развития болезни неуправляемость сменяется ленью, пассивностью и безразличием[2].

В Международной классификации болезней 9-го пересмотра (МКБ-9) психопатоподобная шизофрения относилась к рубрике 295.5295.5 — латентная (вялотекущая, малопрогредиентная) шизофрения. 295.51 — вялотекущая шизофрения с неврозоподобной и психопатоподобной симптоматикой[3].

В МКБ-10 псевдопсихопатическая (психопатоподобная) шизофрения относится к подтипам шизотипического расстройства, её код в адаптированной для использовании в Российской Федерации классификации — F21.4[4]. Также в диагноз F21.4 включается «пограничная шизофрения».

  1. 1 2 3 4 5 6 7 А. Е. Личко. Психопатоподобная форма вялотекущей шизофрении // Психопатии и акцентуации характера у подростков. — СПб.: «Речь», 2010. — 256 с. — ISBN ISBN 978-5-9268-0828-6.
  2. 1 2 3 4 5 6 Н. Н. Иванец, Ю. Г. Тюльпин, В. В. Чирко, М. А. Кинкулькина. Психиатрия и наркология: учебник. — М.: ГЭОТАР-Медиа, 2006. — С. 474. — 832 с. — ISBN 5-9704-0197-8.
  3. Всемирная организация здравоохранения. Раздел V «Международной статистической классификации болезней, травм и причин смерти 9-го пересмотра», адаптированный для использования в СССР. — М., 1983. — С. 29.
  4. Всемирная организация здравоохранения. F2 Шизофрения, шизотипические и бредовые расстройства // Международная классификация болезней (10-й пересмотр). Класс V: Психические расстройства и расстройства поведения (F00—F99) (адаптированный для использования в Российской Федерации). — Ростов-на-Дону: Феникс, 1999. — С. 125. — ISBN 5-86727-005-8.

ru.wikipedia.org

ФГБНУ НЦПЗ. ‹‹Психопатии и акцентуации характера у подростков››

Название «шизоид» распространилось благодаря Е. Kretschmer (1921). Иные наименования этого типа характера: «странные и чудаки» [Kraepelin E., 1915], «патологически замкнутые», «аутистические психопаты» [Asperger H., 1944] и др.— употребляются значительно реже.

Наиболее существенными чертами данного типа считаются замкнутость, отгороженность от окружающего, неспособность или нежелание устанавливать контакты, снижение потребности в общении. Сочетание противоречивых черт в личности и поведении — холодности и утонченной чувствительности, упрямства и податливости, настороженности и легковерия, апатичной бездеятельности и напористой целеустремленности, необщительности и неожиданной назойливости, застенчивости и бестактности, чрезмерных привязанностей и немотивированных антипатий, рациональных рассуждений и нелогичных поступков, богатства внутреннего мира и бесцветности его внешних проявлений — все это заставило говорить об отсутствии «внутреннего единства». H. Asperger (1944) обратил внимание на недостаток интуиции как на главную черту этого типа характера. Под интуицией здесь следует понимать прежде всего пользование неосознанным прошлым опытом.

Шизоидные черты выявляются в более раннем возрасте, чем особенности характера всех других типов. Неслучайно шизоидный тип характера подробно описан в трудах и руководствах по детской психиатрии.

С первых детских лет поражает ребенок, который любит играть один, не тянется к сверстникам, избегает шумных забав, предпочитает держаться среди взрослых, иногда подолгу молча слушая их беседы. К этому может добавляться какая-то недетская сдержанность в проявлении чувств, которая воспринимается как холодность.

Подростковый возраст является самым тяжелым для шизоидной психопатии. Нам представляется ошибочным суждение о благополучии подросткового периода у шизоидов, построенное на анамнезах, собранных у взрослых и даже у пожилых лиц, страдающих шизоидной психопатией [Мазаева Н. А., 1974]. Надо иметь в виду малую точность анамнеза как метода для ретроспективной оценки собственного поведения, невольного стремления приукрашивать свои юные годы у немолодых людей. Динамические наблюдения показывают, что с началом пубертатного периода шизоидные черты усиливаются [Наталевич Э. С., Мальцева М. М., 1979].

С наступлением полового созревания все черты характера выступают с особой яркостью. Замкнутость, отгороженность от сверстников бросаются в глаза. Иногда духовное одиночество даже не тяготит шизоидного подростка, который живет в своем мире, своими необычными для других интересами и увлечениями, относясь со снисходительным пренебрежением или явной неприязнью ко всему, что наполняет жизнь других подростков. Но чаще все же шизоидные подростки сами страдают от своего одиночества, неспособности к общению, невозможности найти себе друга по душе.

Неудачные попытки завязать приятельские отношения, мимозоподобная чувствительность в моменты их поиска, быстрая истощаемость в контакте («не знаю, о чем говорить») нередко побуждает таких подростков к еще большему уходу в себя.

Недостаток интуиции проявляется отсутствием «непосредственного чутья действительности» [Ганнушкин П. Б., 1933], неумением проникнуть в чужие переживания, угадать желания других, почувствовать неприязненное отношение к себе или, наоборот, симпатию и расположение, уловить тот момент, когда не надо навязывать свое присутствие и когда, наоборот, надо выслушать, посочувствовать, не оставлять собеседника с самим собой. Один из шизоидных подростков сказал об этом: «Я никогда не знаю, любят меня или ненавидят, если об этом мне прямо не скажут!»

К недостатку интуиции следует добавить тесно с ним связанную неспособность к сопереживанию — неумение разделить радость и печаль другого, понять обиду, почувствовать чужое волнение и беспокойство. Иногда эту особенность обозначают как слабость эмоционального резонанса.

Недостаток интуиции и неспособность сопереживания обусловливают, вероятно, то, что называют холодностью шизоидов. Их поступки могут казаться жестокими, но они связаны с неумением «вчувствоваться» в страдания других, а не с желанием получить садистическое наслаждение, как у эпилептоидов.

Ко всем этим недостаткам можно добавить еще неумение убеждать своими словами других.

Внутренний мир шизоида почти всегда закрыт от посторонних взоров. Лишь иногда и перед немногими избранными занавес внезапно приподнимается, но никогда не до конца, и столь же внезапно может вновь упасть. Шизоид скорее раскрывается перед людьми малознакомыми, даже случайными, но чем-то импонирующими его прихотливому выбору. Но он может навсегда оставаться скрытой, непонятной вещью в себе для близких или тех, кто знает его много лет. Богатство внутреннего мира свойственно далеко не всем шизоидным подросткам и, конечно, связано с определенным интеллектом или талантом. Поэтому далеко не каждый из шизоидов может послужить иллюстрацией слов Е. Kretschmer (1921) о подобии их «лишенным украшений римским виллам, ставни которых закрыты от яркого солнца, но в сумерках которых справляются роскошные пиры». Однако во всех случаях внутренний мир шизоидов бывает заполнен увлечениями и фантазиями.

Фантазируют шизоидные подростки про себя и для самих себя. Они вовсе не любят распространяться о своих грезах и мечтаниях перед окружающими. Они не склонны также перемешивать обыденную жизнь с красотами своих выдумок. Шизоидные фантазии либо служат утешению своей гордости, либо носят эротический характер. Они явно могут играть роль психологической защиты — в трудных для шизоида ситуациях его склонность к фантазированию усиливается.

Недоступность внутреннего мира и сдержанность в проявлении чувств делают непонятными и неожиданными для окружающих многие поступки шизоидных подростков, ибо все, что им предшествовало,— весь ход переживаний и мотивов — оставалось скрытым. Некоторые выходки действительно носят печать чудачества, но, в отличие от истероидов, они вовсе не представляют собой спектакля, разыгрываемого с целью привлечь к себе всеобщее внимание. Реакция эмансипации нередко проявляется весьма своеобразно. Шизоидный подросток может долго терпеть мелочную опеку в быту, подчиняться установленному распорядку жизни, но реагировать бурным протестом на малейшую попытку вторгнуться без позволения в мир его интересов, фантазий, увлечений. Вместе с тем реакция эмансипации может легко оборачиваться социальной нонконформностью — негодованием по поводу существующих правил и порядков, насмешек над распространенными идеалами, интересами, злопыхательством по поводу «отсутствия свободы». Подобного рода суждения могут долго и скрытно вынашиваться и неожиданно для окружающих реализоваться в публичных выступлениях или решительных действиях. Зачастую поражает прямолинейная критика других лиц без учета ее последствий для самого себя. При обследовании с помощью ПДО нередко проявляются и низкая конформность, и сильная реакция эмансипации.

Реакция группирования внешне выражена довольно слабо. Как правило, шизоидные подростки стоят особняком от компаний сверстников. Их замкнутость затрудняет вступление в группу, а их неподатливость общему влиянию, общей атмосфере, их неконформность не позволяет ни слиться с группой, ни подчиниться ей. Попав же в подростковою группу, нередко случайно, они всегда остаются в ней на особом положении. Иногда они подвергаются насмешкам и даже жестоким преследованиям со стороны других подростков, иногда же благодаря своей независимости, холодной сдержанности, неожиданному умению постоять за себя они внушают уважение и заставляют соблюдать дистанцию. Но успех в группе сверстников может оказаться одним из сокровенных желаний шизоидного подростка. В своих фантазиях он творит подобные группы, где занимает положение вождя и любимца, где чувствует себя свободно и легко и получает те эмоциональные контакты, которых ему недостает в реальней жизни.

Увлечения у шизоидных подростков обычно выступают ярче, чем псе другие поведенческие реакции этого возраста. Увлечения нередко отличаются силой, устойчивостью и необычностью. Чаще всего приходится встречать интеллектуально-эстетические хобби. Большинство шизоидных подростков любят чтение, K. IHIII поглощают запоем, чтение предпочитают другим развлечениям. Выбор для чтения может быть строго избирательным — только определенный жанр литературы, только определенная эпоха из истории, определенное течение в философии и т. п. Ю. А. Скроцкий (1980) отметил пристрастие к изучению биографий. Вообще в интеллектуально-эстетических хобби поражает прихотливость выбора предмета. У современных подростков приходилось встречать увлечение санскритом, китайскими иероглифами, срисовыванием порталов соборов и церквей, генеалогией царского дома Романовых, сопоставлением конституций разных государств и разных времен и т. д. Все это никогда не делается напоказ, а только для себя. Увлечениями делятся с немногими, если встречают искренний интерес и понимание собеседника. Часто увлечения таят, боясь непонимания и насмешек. При менее высоком уровне интеллекта дело может сводиться к менее изысканным, но не менее странным увлечениям. Коллекции шизоидных подростков, иногда уникальные, иногда поражающие своей никчемностью, также более с тужат цели изощренных интеллектуальных или эстетических потребностей, чем просто жажде накопительства. Один подросток, например, собирал дуплеты из открыток с репродукциями картин известных художников и почтовых марок с изображением тех же картин.

На втором месте стоят хобби мануально-телесного типа. Неуклюжесть, неловкость, негармоничность моторики, нередко приписываемая шизоидам, встречается далеко не всегда, а упорное стремление к телесному совершенствованию может сгладить эти недостатки. Систематические занятия гимнастикой, плаванием, езда на велосипеде, упражнения йогов обычно сочетаются с отсутствием интереса к коллективным спортивным играм. Место увлечений могут занимать одиночные многочасовые пешие или велосипедные прогулки. Некоторым шизоидам хорошо даются тонкие ручные навыки: прикладное искусство, игра на музыкальных инструментах — все это также может составить предмет увлечений.

Реакции, связанные с формирующимся половым влечением, на первый взгляд, могут как будто совсем не проявляться. Внешняя «асексуальность», демонстративное презрение к вопросам половой жизни нередко сочетается с упорным онанизмом и богатыми эротическими фантазиями. Эти фантазии питаются случайными сведениями и легко включают перверзные компоненты. Болезненно чувствительные в компании, неспособные на флирт и ухаживание и не умеющие добиться сексуальной близости в ситуации, где она возможна, шизоидные подростки могут неожиданно для других обнаружить сексуальную активность в самых грубых и противоестественных формах — часами сторожить, чтобы подглядеть чьи-то обнаженные гениталии, эксгибиционировать перед малышами, онанировать под чужими окнами, откуда на них смотрят, вступать в связь со случайными встречными, назначать свидания по телефону незнакомым людям «на один раз». Свою сексуальную жизнь и сексуальные фантазии шизоидные подростки глубоко таят. Даже когда их поступки обнаруживаются, они стараются не раскрывать мотивов и переживаний.

Алкоголизация среди шизоидных подростков встречается довольно редко. Большинство из них не любят спиртные напитки. Опьянение не вызывает у них выраженной эйфории. Уговорам товарищей, питейной атмосфере компаний они легко противостоят. Однако некоторые из них находят, что небольшие дозы алкоголя, не вызывая эйфории, могут облегчить установление контактов, устраняют затруднения и чувство неестественности при общении. Тогда легко образуется особого рода психическая зависимость — стремление регулярно использовать небольшие дозы алкогольных напитков, часто крепких, с целью «побороть застенчивость» и облегчить контакты. Употребление алкоголя в качестве подобного «коммуникативного допинга» может осуществляться как с приятелями, так и в одиночку. Например, 15-летний шизоидный подросток тайком хранил в своей постели бутылку коньяка и каждое утро прикладывался к ней, чтобы «свободно чувствовать себя в школе».

Не меньшую угрозу, чем алкоголь, для шизоидных подростков представляют другие дурманящие вещества. Некоторые из них, особенно летучие, «льют воду на мельницу» шизоидных фантазий, делая их более чувственными и красочными.

Суицидальное поведение шизоидам не свойственно — шизоидность, видимо, не располагает к подобному способу решения жизненных трудностей. Демонстративные суицидные попытки [Леденев Б. А., 1981] бывают при смешанном шизоидно-истероидном типе. На психические травмы, конфликтные ситуации, положения, где к шизоидной личности предъявляются непосильные для нее требования, реакция проявляется ещ« большим уходом в себя, в свой внутренний мир глубоко затаенных фантазий. Другим проявлением подобной же реакции шизоидного подростка может быть усиленное сосредоточение на каком-либо увлечении, притом в обстановке, которая для этого окружающим кажется совершенно неподходящей. Например, 17-летний подросток, ухаживая за умирающей от рака матерью и буквально не отходивший от ее постели, тут же около нее изучал по самоучителю итальянский язык. Та же реакция на трудности может выявляться неожиданными, вычурными, порою жестокими поступками. Острые аффективные реакции у шизоидных подростков чаще всего бывают импунитивного (бегство из аффектогенной ситуации) или экстрапунитивного типа.

Делинквентность при шизоидном типе характера встречается нечасто, при этом в самом делинквентном поведении явственно выступают шизоидные черты. Обследуя подростков-беспризорников 20-х годов, Н. И. Озерецкий (1932) отметил, что шизоиды предпочитают воровать в одиночку, выбирают воровскую «профессию», требующую искусных навыков (например, кража денег из внутренних карманов или умение влезть в квартиру через форточку). Шизоидные подростки, не будучи склонны к групповой делинквентности, могут совершать серьезные правонарушения «во имя группы», желая, чтобы «группа признала своим». В одиночку также совершаются сексуальные правонарушения (эксгибиционизм, развратные действия над малолетними, сексуальная агрессия). Кражи могут носить особый характер (во имя «восстановления справедливости», хищение уникальных предметов для восполнения недостающего в собираемой коллекции и т. п.). Иногда делинквентному поведению и серьезным правонарушениям предшествует прием небольшой дозы алкоголя в качестве «допинга», но настоящего алкогольного опьянения не бывает.

По наблюдению нашего сотрудника А. А. Вдовиченко, шизоидные подростки, склонные к делинквентности, попадали в поле зрения милиции гораздо позже, чем делинквентные подростки с другими типами акцентуации характера. Они действовали в одиночку, умели скрывать свои поступки, не искали сообщников, хорошо обдумывали свои действия. Кражи предпочитали совершать при помощи собственноручно изготовленных отмычек, искусного выпиливания дверных замков и тому подобных «приемов».

Самооценка шизоидов отличается признанием того, что связано с замкнутостью, одиночеством, трудностью контактов, непониманием со стороны окружающих. Отношение к другим проблемам оценивается гораздо хуже.

Противоречивости своего поведения шизоиды нередко не замечают или не придают этому значения. Любят подчеркивать свою независимость и самостоятельность.

Соматические признаки, которые со времен Е. Kretschmer (1921) считаются свойственными шизоидам (астеническое телосложение, дряблая мускулатура, сутулая фигура, длинные ноги и высокий таз, слабо развитые гениталии, угловатость движений) у современных подростков можно видеть далеко не всегда. Акселерация развития и связанные с нею эндокринные сдвиги мог} т искажать эти черты, обусловливая, например, избыточную полноту или раннее и сильное сексуальное развитие.

С момента описания шизоидной психопатии было обращено внимание на ее сходство с некоторыми формами шизофрении, в частности с вялотекущей ее формой и с картиной дефекта после перенесенного шизофренического приступа. Это дало основание некоторым авторам вообще усомниться в существовании шизоидной психопатии как конституциональной аномалии характера, а все, что описывалось под ее названием, трактовать как дефект после приступа шизофрении, прошедшего незамеченным или случившегося в раннем детстве, или как «латентную» шизофрению. В итоге в прошлые десятилетия был период, когда шизоидная психопатия почти перестала диагностироваться и ее выраженные случаи стали рассматриваться как вялотекущая шизофрения, а шизоидные акцентуации с хорошей социальной адаптацией служили поводом для подозрений в отношении «латентной шизофрении». Со второй половины 70-х годов положение изменилось, и шизоидный тип характера как вариант конституциональной аномалии вновь получил признание.

Подростковый возраст создает особые трудности для дифференциальной диагностики шизоидной психопатии и вялотекущей шизофрении. Пубертатное заострение шизоидной психопатии может быть принято за начавшийся процесс или за новый «шуб», и, наоборот, дебют шизофрении может маскироваться подростковыми нарушениями поведения. Подробнее эта проблема рассматривается в гл. VII.

При психопатии все основные признаки шизоидности: замкнутость, отгороженность от людей, недостаток интуиции и сопереживания, уход в мир фантазий и увлечений — достигают крайности. Однако при умеренной степени шизоидной психопатии довольно часто обнаруживается возможность удовлетворительной адаптации, но в жестко ограниченных рамках. В этих условиях в узкой области могут даже достигаться значительные успехи (например, в области некоторых точных наук, занятиях прикладным искусством, игре в шахматы и т. п.), но при этом в обыденной жизни может обнаруживаться удивительная неприспособленность. При тяжелой психопатии дезадаптация иногда проявляется в стремлении полностью отгородиться от людей и жить только в своем фантастическом мире.

Владимир Б., 14 лет Единственный сын с дружной интеллигентной семье С детства замкнут, не любил шумных игр, в детском саду всегда играл один в стороне от ребят пли внимательно наблюдал, как играют другие дети. В школу пошел неохотно, в первые месяцы учебы появились тики. Когда привык к классу и учительнице, тики прошли. Учился удовлетворительно. Имел одного товарища, но близкой дружбы не было. С первых классов школы жил увлечениями. Собрал большую коллекцию бабочек, затем мастерил самострелы, игрушечные лодки с моторчиками, паровой двигатель Расспрашивал своего отца — инженера по профессии — об устройстве разных машин. Любил размышлять над возможностями разных изобретений.

В 12 лет родители отправили его в пионерский лагерь. Через несколько дней оттуда сбежал. Трое суток один шел лесом в город домой («не было денег на поезд»). Питался ягодами, один ночевал в лесу, обходил поселки, боясь, что его ищут и вернут обратно. В лагере воспитатели побег считали беспричинным — ни ссор, ни наказаний не было, убежал после того, как велели идти мыться в баню. В 14 лет был переведен в другую школу. Попал в класс, где властвовала компания хулиганов. Убежал из дому на пустовавшую дачу, принадлежавшую их родственникам; там скрывался несколько суток. Когда был наивен, причин побега никому не объяснил, отмалчивался, замкнулся. Был отправлен на обследование в подростковую психиатрическую клинику.

Во время беседы сперва был сдержан и немногословен, но затем охотно разговорился о своих увлечениях. Обнаружил хорошие знания техники, подтвердил, что мечтает стать изобретателем новых машин. Но свои поделки оценил весьма критически, сам назвал их «детскими игрунками». Затем по своей инициативе очень эмоционально рассказал о причине своих побегов. Всегда было трут, но знакомиться с новыми ребятами, среди взрослых чувствовал себя спокойнее. В лагере оказался выбитым из колеи. С детства стеснялся раздеваться при посторонних — поэтому убежал из бани (раньше никогда в общественных банях не бывал, и не знал что там моются голыми в присутствии других). Ему пригрозили наказанием и тем, что его вымоют насильно. Тогда решился убежать. Второй побег был вызван тем, что в школе над ним издевались хулиганы: в туалете пытались раздеть, приставали с сексуальными притязаниями, грозили избить. Никому об этом не рассказывал — стыдно было, что не смог постоять за себя. Бросил ходить на занятия: дома об этом не знали, часы уроков проводил на улице или в кино. Когда обнаружились прогулы, директор школы пригрозил отправить его в интернат. Испугался и убежал из дому прятаться на дачу. К родителям отношение теплое, особенно привязан к отцу. Сознался, что очень любит фантазировать «про себя» на темы изобретений или о том, о чем «стыдно говорить». В клинике подружился со спокойным, сдержанным мальчиком, также увлекающимся техникой.

При неврологическом осмотре — легкая асимметрия лицевой иннервации и сухожильных рефлексов. На ЭЭГ — без существенных отклонений. Физическое развитие — по возрасту, но сексуальное — с выраженной акселерацией (соответствует возрасту 16—17 лет).

Обследование с помощью ПДО. По шкале объективной оценки — диагностирован выраженный шизоидный тип. Имеются признаки, у называющие на возможность формирующейся психопатии. Конформность и реакция эмансипации умеренные. Отмечено выраженное отрицательное отношение к алкоголизации. По шкале субъективной оценки самооценка удовлетворительная- выступили шизоидные и меланхолические черты, достоверно отвергаются «черты гипертимные и циклоидные (самооценка свидетельствует не только о шизоидности, по и о возможном субдепрессивном состоянии).

Диагноз. Шизоидная психопатия умеренной степени.

Катамнез через 1 год. Был переведен в другую школу. Учится удовлетворительно, однако с интересом и успехом занимается только физикой и алгеброй. Остается замкнутым, друзей не имеет, побегов больше не совершал.

Шизоидный тип психопатий у подростков мужского пола является самым частым после эпилептоидного — 19 % (см. табл. 3). При этом случаи «чистых» шизоидов в большинстве были расценены как психопатии тяжелой или выраженной степени. В умеренных случаях социальная дезадаптация бывала парциальной — срыв наступал либо дома при благополучии по месту учебы или работы, либо в школе или на работе при удовлетворительной адаптации в семье.

Шизоидные акцентуации обычно не ведут за собой ни социальной дезадаптации, ни тяжелых нарушений поведения, ни невротических расстройств. Поэтому эти подростки редко попадают под наблюдение психиатра. Так, в общей популяции подростков мужского пола (см. табл. 3) шизоидная акцентуация установлена в 9 %, а среди поступивших в психиатрический стационар с непсихотическими нарушениями — в 7 %.

Скрытая шизоидная акцентуация может обнаруживаться, если ситуация предъявляет непосильные для данного типа характера требования — например, быстро установить широкий круг неформальных и достаточно эмоциональных контактов. Шизоиды также срываются, когда к ним настойчиво и бесцеремонно «лезут в душу».

Андрей А., 18 лет. В детстве, в школьные годы, во время учебы в педагогическом училище не обнаруживал каких-либо заметных особенностей характера. Был в меру общителен, имел приятелей, не чуждался компаний, участвовал в общественной работе. По окончании училища был направлен на работу, но не учителем, как ожидал, а старшим пионервожатым в загородную школу-интернат Сразу обнаружил, что эта работа, требовавшая большой общительности, умения лидерствовать, оказалась не по нему. Тяготился ею, не мог найти контакта с учениками Один из старших педагогов, вызывавший у пего неприязнь, стремился опекать ею, претендовал на роль духовного наставника Стал сторониться его, a затем и других учителей, замкнулся, ушел в себя, стал нелюдимым, избегал даже встреч с прежними приятелями, чтобы «не рассказывать о себе и своей работе». После работы часами бродил в одиночку по округе, мечтая об интересной жизни. Хотелось бы быть вдали от людей — попасть на необитаемый остров или служить лесником в уединенном месте, в то же время понимал никчемность этих желаний. Свои переживания лишь однажды открыл случайному попутчику, который непонятно чем ему понравился Вскоре ему предложили заменить заболевшего учителя. За несколько дней преобразился, установил контакты и с учениками, и с учителями, стал охотно принимать участие в общественных мероприятиях, возобновил дружбу с прежними товарищами.

Катамнез через 6 лет. Продолжает учительскую работу, хорошо с ней справляется. Закапчивает заочное отделение педагогического института.

Еще Е. Kretschmer (1921), описывая шизоидный тип, выделил его экспансивный и сенситивный варианты. Последний, как указывалось, правильнее рассматривать как тип особый, принадлежащий к широкой группе астенических психопатий и акцентуаций, так как замкнутость здесь вторичная, компенсаторная. Тем не менее среди шизоидов встречаются как стеничные, так и астенические личности. Разнообразие шизоидных проявлений может быть столь велико, что число описываемых вариантов могло оказаться двузначным. Поэтому представляется целесообразным констатировать сочетание шизоидности с чертами других типов — сенситивного, психастенического, эпилептоидного, истероидного, неустойчивого. Главная основа характера, его ядро при этом всегда остается шизоидным.

Шизоидная психопатия, видимо, является одной из наиболее эндогенно обусловленных. Недостатки воспитания в развитии самих шизоидных черт характера имеют вспомогательное значение. Считается, что доминирующая гиперпротекция способна усугубить шизоидные черты, однако чаще приходится наблюдать, что неправильное воспитание обусловливает наслоение на шизоидное ядро черт другого типа: при потворствующей гиперпротекции — истероидного, при господстве вокруг жестоких взаимоотношений — эпилептоидного, при гипопротекции, отдавшей подростка во власть асоциальных компаний,— неустойчивого.

www.psychiatry.ru


Смотрите также